Заклинатель снега

Я кивнула и только сейчас заметила, что Фиона продолжала разговаривать со мной по телефону.

Под его проникновенным взглядом я забыла обо всем на свете. Дыхание участилось, чудесно было чувствовать его так близко от себя. Мейсон чуть наклонился, и все ощущения моего тела потерялись в нем.

– И насчет того, что тогда было…

– Ну же, Айви! – крикнула Фиона. – Скажи мне! У тебя все получилось с тем, кто тебе нравится, или нет?

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь слабыми шумами мобильного телефона.

Вся похолодев, я увидела, что и Мейсон замер.

В один клик я прервала звонок. Он тут же перевел взгляд на меня, и мне захотелось исчезнуть, раствориться, провалиться сквозь землю.

Его серьезные глаза не оставили мне шанса на спасение. Они заключили мое сердце в клетку, и я внезапно почувствовала себя слабой, обнаженной и незащищенной. Мейсон подошел ближе, его тон был подобен теплому бархату.

– Ты правда хочешь, чтобы это сказал я?

Я сглотнула, отвела взгляд и отошла в сторону, что стало ошибкой: я оказалась прижатой к дверному косяку, когда он спокойным взмахом руки преградил мне путь.

Надо мной возвышалось его исполинское тело, и я покраснела от смущения, подавляя нелепый визг пойманного животного. Я отчаянно искала лазейку для побега, а он подходил все ближе и ближе, пока я не задрожала от паники и желания.

– Парень, который тебе нравится, – прошептал он в мое пылающее ухо, – кто он?

Я невероятная трусиха, самая распоследняя.

При мысли о признании я вспоминала детей в школе, которые показывали на меня пальцем и смеялись над тем, какая я нелепая.

Как можно деликатнее я взяла Мейсона за запястье и заставила его пропустить меня. Я направилась на кухню, пытаясь скрыть волнение, но он последовал за мной.

Я достала из холодильника молоко, схватила чашку Джона и подошла к барной стойке. Я чуть не выронила чашку, когда руки Мейсона уперлись в край мрамора, снова заперев меня по бокам.

В тот момент я начала подозревать, что он все-таки осознавал свою власть надо мной.

– Ответь мне! – В голосе звучал не приказ, а просьба.

Он стоял так близко, что обжигал мне сердце, и я задрожала.

– Зачем? Какое это имеет к тебе отношение? – Я ответила резче, чем хотела. Я чувствовала себя загнанной в угол, затравленной им и своей собственной неуверенностью.