Заклинатели чудовищ

– Это просто бизнес, способ заработать легкие деньги! И я стараюсь заниматься этим как можно дальше от дома и близких мне людей! Не продаю тем… – парень понизил голос, – кто действительно мне дорог…

– Так что еще сказала тебе моя мать? – холодно спросил Костя.

– Что ей невыносимо наблюдать, как ты губишь свою жизнь. Она хотела для тебя совсем другого.

– Возможно, – прищурившись, кивнул Костя. – Но сейчас ее нет, и тебе больше некого бояться.

– Да ладно! Я знаю, что моя мать держала в страхе половину этого города! Но мне действительно нужно, Андрей… И лучше тебе дать мне то, что я хочу.

Андрей промолчал, и Костя еще сильнее сдавил его шею. У парня глаза полезли на лоб.

– Отпусти меня, придурок! – сдавленно прохрипел Серегин. – Убери руки!

Но Костя, глядя ему в лицо, продолжал сжимать пальцы. Андрей начал багроветь. Собравшись с силами, он вскочил рывком и кулаком ударил Комиссарова в челюсть, отшвырнув его назад. Костя плюхнулся на пол, а Андрей громко выругался и принялся растирать свою шею.

– Дебил! – хрипло выкрикнул он. – Я же хотел как лучше!

– Это и будет лучше. По крайней мере, для меня! Иначе я просто с ума сойду! Тебе ведь не приходилось хоронить родителей! Ты понятия не имеешь, что я сейчас чувствую! – истерично закричал Костя. – Поэтому дай мне то, за чем я пришел, или я разнесу вдребезги этот сарай, который вы называете домом! Долго потом будешь объяснять папаше, что тут произошло. А я еще братцу твоему шепну, чем ты на досуге занимаешься. Ему это вряд ли понравится!

Андрей, гневно зыркнув на Костю, быстро направился в свою комнату, тут же вернулся в прихожую с небольшим черным пакетиком в руках и с силой швырнул его в лицо Комиссарову.

Костя с жадностью схватил пакетик и довольно улыбнулся. Затем его улыбка слегка померкла. Вытащив из кармана шортов несколько мятых банкнот, он бросил их под ноги Серегину, после чего развернулся и вышел из дома.

Андрей проводил его злым взглядом, затем тяжело вздохнул, опустился на корточки и начал собирать с пола разбросанные деньги.

Глава двадцать вторая

Ночная тьма все сильнее сгущалась за окнами полицейского участка. Алексей Воронин включил электрический чайник, стоящий в кабинете на подоконнике, затем предложил профессору Тюменцеву присаживаться на свободный стул. В это время в дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в кабинет заглянул Игорь Серегин. Вид у него был встревоженный.

– Алексей, я по поводу Арсена Томилова, – сообщил он.