Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

— Раз уж ты настолько послушная, то приказываю тебе наслаждаться, — шепнул Эритар."

"Беатрис развернулась к нему. Она провела руками по его плечам, больше не находя ни единой причины сдерживаться. Ее губы коснулись его теплой кожи, покрывая плечо мелкими торопливыми поцелуями, переходящими в жадные, затем в укусы. Она спряталась на его груди, наслаждаясь разницей размеров мужского и женского тела. Они стояли на коленях напротив друг друга. Беатрис подняла на Эритара полные желания и мольбы глаза и в ту же секунду их губы столкнулись, прикусывая, проникая, сминая друг друга.

Когда его язык вошел в ее рот, она застонала, чувствуя, как напрягается от возбуждения каждая клетка внизу живота.

— Если хочешь, попроси меня позволить тебе лечь в постель, — дрогнувшим голосом сказал Эритар, поднимаясь и оставляя ее стоять на коленях перед собой. Картина дурманила, заставляла терять разум, но мужчина испытывал сильные сомнения. Он протянул ей руку, чтобы помочь встать. Девушка лишь покачала головой.

— Я хочу, чтобы ты взял меня на полу, а не в постели, Тар, — вдруг ответила Беатрис.

— Я имел ввиду, что ты…, — он сглотнул, — … ты можешь лечь одна. Я не стану…

— Тар, пожалуйста, не отпускай, не сейчас… — выдохнула Беатрис, в ее голосе не было действия заклятья. — Если это магия, то я так еще ни разу в жизни не наслаждалась.

Мужчина обошел ее, пригнул голову к полу и наступил на темные волосы.

— Все как раньше, да? Любишь, когда ты у моих ног?

— ДА, — выдохнула Беатрис, часто дыша.

Он опустился вниз, раздвинул ей ягодицы и грубо вошел пальцами в ее дырочку.

Затем те же пальцы коснулись ее волос.

— Твое тело хочет меня, — тихо сказал он. — Интересно, ты стала невинной только в одном месте или…

— Не надо проверять, — всхлипнула рабыня.

— А мне хочется, Трис, — он потянул ее к себе, чтобы жадно впиться в губы. — Только подумай, ты будешь делать все, что я хочу! Ноги шире.

Беатрис послушалась. Ноги разъехались, колени чувствовали жесткий ворс ковра. Вчерашнее падение вспомнилось острой болью незажившей ссадины.

Вспомнилась сцена, когда Эриатар поднял ее и тот ужас, тот животный страх перед ним. Это возбуждало. Мысль, что он зол и будет истязать ее была как сладкий сон. Желание переполняло тело, будто бы не было двух оргазмов.

— А чего хочешь ты? — спросил он, надеясь, что и сейчас она подчинится приказу.

— Хочу ублажить тебя, господин, — простонала она.

— Нет, меня не устроит подчинение. Я хочу Беатрис. Хочу знать, что нужно ей.