Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Она ни разу не вскрикнула — слишком легкими были касания. Но теперь девушка была на грани.

— Тар, — слабо прошептала она таким тоном, что он поднял ее за подбородок и смял губы своими.

— Не хочешь отпускать? — спросил он. — Не хочешь?

— Ни на секунду, — откликнулась она, становясь мягкой и покорной, как всегда, когда они были в постели.

Он тоже не хотел ее отпускать."

"— Идем, — решил Эритар.

Мужчина поднял ее с пола, взял и понес в спальню. По пути она совершенно расслабилась в его руках. От него исходило тепло, вкусно пахло возбуждением и силой, он держал ее так нежно, что хотелось раствориться в этом чувстве.

За это она его раньше любила. Чередование нежности и жестокости было его магией. Оно доводило до той стадии возбуждения, когда дрожали руки, не держали ноги, дыхание сбивалось и прерывалось, а губы раскрывались в крике. Он умел разделять жизнь и игры. Все теперь перемешалось в комок безумия. Она больше не была его любимой, а принадлежала как рабыня. А он был тем, к кому остались какие-то крохи чувств, совсем не такие яркие, как пару лет назад.

Антари

После прощания он ехал по дороге как безумный. Гнал машину, включил музыку на максимум и не заботился о своей драгоценной жизни. Просьба отца не будет удовлетворена. Беатрис не станет его женой. Еще на том вечере его сердце вывернулось, давая понять, что все потеряно.

День рождения драконьей жены. Большой праздник, на который были приглашены все, кто только владел хоть крошкой магии. Шикарная вечеринка с реками шампанского, танцующими рабынями и громкой музыкой.

Беатрис не любила подобных мероприятий, как и не любила этого общества.

— Не стоит идти, — сказала она ему, торопливо собираясь.

— Перестань. Я встречу нужных мне людей, ты повеселишься и потанцуешь в удовольствие.

Девушка вдела в уши длинные золотые серьги. Они выглядели кружевными и легкими. Платье, темно-фиолетового цвета, густого как ночь облегало изящную фигуру. Антари хотелось прикоснуться к ней, сжать в объятиях и поцеловать. Но за такое можно было очень сильно получить.

Вечерний макияж и складки шелка Беатрис не дала бы нарушить. Все же мужчина встал и подошел к ней со спины, наслаждаясь тем, как ловко она оплетает запястья браслетами. Он осторожно откинул волосы с ее шеи и почти коснулся губами кожи, но столкнулся взглядом с ее отражением.

— Не сейчас, — приказала она, сверкнув глазами. — Ты хотел идти на этот вечер. Я подчинилась. Не трогай.

— Беатрис, — тихо сказал он, касаясь ее руки.

— Антари! — вскричала она.