Онлайн-библиотека книг
Ты можешь убить его, победить в бою Мержери, ведь сейчас им сильно достанется от Дариморы. Затем захватишь Беатрис, и она будет снова твоей.
— И рабским зельем напоить, — Эритар рассмеялся. — Не хочу. Хозяином я уже был. Это так… Будто бы ты готов признать, что не достоин любви. И довольствуешься ее суррогатом. Видимостью. Кто вообще в здравом уме хочет, чтобы женщина исполняла приказы против воли? Она должна быть послушной по другим причинам — из любви, из уважения, из желания сделать счастливым, просто потому что я на этом настоял, но не из-за магии.
— Тогда отпусти свои страхи и дай ей принять собственное решение, — усмехнулся Нари. — Я тоже стоял перед таким выбором, как и ты. Тоже думал, что могу получить все силой, но предпочел любовь. Хотя до сих пор иногда жажду применить к ней силу. Она бывает… Просто сводит меня с ума! Как заноза! А ведь мы столько лет вместе. Дети выросли, разлетелись…
Эритар внимательно посмотрел на нового знакомца. Он говорил так, будто бы прожил очень долгую жизнь, но никаких следов возраста или утраты могущества не было.
— Мне кажется, что Беатрис несравнима. У нее кошмарный характер, а в сочетании с могуществом это просто горючая смесь, — усмехнулся Эритар. — Но любить ее мне нравится, а значит я принимаю это.
Нари хитро посмотрел на него:
— Похоже, нам нравится в женщинах дерзость, но мы требуем от них совсем другого. Противоречиво, не находишь?
Эритар рассмеялся.
— С тобой легко, Нари. Ты меня весьма хорошо понимаешь.
— Ты даже не представляешь, насколько, — вдруг хищно улыбнулся его собеседник.
Эритар взглянул на него из-под ресниц.
— Беатрис меня убьет, — заметил он.
— Она никогда не сможет применить к тебе свою магию, — расплылся в улыбке Нари. — Никогда, понимаешь? Чем бы не атаковала, все пройдет мимо.
Блондин поднял на собеседника глаза. Если он узнает этот секрет, вовсе и не обязательно будет применять его на практике. Но сами по себе знания ценны. Искушение было невероятной силы."
"— Я нарисую и напишу объяснения. Не отвечай мне, не бери на себя ответственность, — Нари взял лист бумаги, весьма странной на вид. По нему поплыли символы, формулы, очертились линии, похожие на многоконечную звезду.
