Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Голова была легкой, пустой, эмоции притупились, тело почти что пело. Именно это и было плохо. Тело требовало ласки и чем дальше, тем сильнее. Девушка ощущала мужчину каждой своей клеткой и находила его невероятно желанным. Дыхание Эритара касалось ее шеи, заставляя выгибаться и вызывая множество мурашек. От него безумно вкусно пахло. Никогда Беатрис не обращала внимания на запах, а теперь не могла надышаться.

Рука была тяжелой и сильной. Стоило пошевелиться и мышцы напрягались, прижимая ее к себе. Девушка нарочно сдвинулась к краю и ее тут же вернули обратно, обхватывая ладонью живот.

Пальцы коснулись голой кожи, это было как сумасшествие.

Беатрис тихо втянула в себя воздух, подавляя стон. Мужчина дышал во сне спокойно и равномерно, не подозревая, какая гамма чувств нарывает девушку рядом.

Пользуясь тем, что он глубоко в мире снов, она положила свою руку поверх его. Стало хуже. Теперь Беатрис едва сдерживалась, чтобы не метаться по постели и стонать. Каждый миллиметр его кожи хотелось ощущать снова и снова.

Ладонью, спиной, ногами, ягодицами. Грудь напряглась, тонкая ткань простыни возбуждала соски. Следующий стон был подавлен, но тело само потерлось о плоть мужчины. Беатрис сходила с ума от желания и не могла его терпеть.

Девушка поднялась на локте, медленно выползая из объятий Эритара. Надо было остановить это безумие. Когда он дернул ее назад, не давая подняться, новая волна желания накрыла с головой. Это было нереально.

— Ты проснулась? — спросил он хрипло.

— Почти, — уклончиво ответила Беатрис.

— Как чувствуешь себя?

«Чувствую себя голодной. Голодной до твоего тела», — подумала девушка.

— Иди ты со своей заботой, — буркнула она.

Он прикоснулся ладонью к ее лбу, даже этим вызывая горячую волну внизу живота. Беатрис отвернулась и усилием воли заставила себя поменять выражение лица.

— Жар спал, — заметил Эритар. — Тебе определенно лучше.

«Жар переместился в другое место и теперь медленно пожирает меня изнутри». Беатрис попыталась думать об Антари. Мысли скакали прочь, будто играя в чехарду.

Их свадьба была так близка, так желанна, еще немного и они связали бы судьбы. Как можно было испытывать такую дикую страсть к Эритару, когда сердце принадлежало Антари?

Брак был поспешным решением. Беатрис попыталась припомнить, почему и не смогла, но четко помнила, как они смеялись, что первая брачная ночь будет для них действительно первой. Что же случилось?"

"Эритар приподнял ее, как и накануне облокачивая на себя, чтобы напоить лекарством.