Закон клыка

Скрываясь за придорожными кустами и деревьями, я аккуратно обошел здание, прикидывая, с какой стороны может быть та каморка, о которой мне рассказывал американский сталкер…

Угу. Вон сбоку большое окно, забранное решеткой. Над ним – вентилятор, вделанный в стену. Не иначе, выход дополнительной вытяжки, оборудованной, чтоб вонь с кухни в зал не просачивалась. Это правильно, санитарные нормы и все такое, которые если не соблюдать, можно выхватить феерических звездюлей от двухголового шефа.

А рядом с большим окном – второе, поменьше.

Тоже с решеткой, как и все окна в этом здании. Но на прутьях той решетки я разглядел два характерных пятна, словно кто-то с той стороны подолгу держался за них, глядя изнутри на небо. Сама решетка потихоньку ржавела, покрываясь бурой коркой, а эти два толстых стальных прута коррозия не тронула. Слишком уж часто за них держались…

Короткими перебежками на полусогнутых я подобрался к тому окну, присел возле стены и прислушался.

Ага, так и есть. Слева из большого окна неслись отборные матюги, звон кастрюль и запах жаркого.

А у меня над головой было тихо, как бывает в камере-одиночке, когда арестанту уже все надоело, и он лежит себе целыми днями на шконке, тупо глядя в потолок и лишь иногда вставая, чтоб поесть, справить нужду и посмотреть на небо, держась за прутья решетки…

Я вытащил из ножен «Сталкер», поднял его над головой и два раза легонько ударил обрезиненной рукоятью по решетке. Потом через секунду – еще два. Чисто чтоб было понятно, что звук неслучаен.

Мой расчет оправдался. Из глубины помещения раздался приглушенный голос.

– Какого куя?

Этот голос был мне знаком. Как и сам вопрос. Помнится, при первом нашем знакомстве Кузнец тоже спросил про Куя – легендарного китайского одноногого быка, обладающего способностью беспрепятственно таскаться по водной глади, отчего на море немедленно происходила буря. Кстати, понимаю то море, которое по восточным поверьям является живым существом. Когда по тебе шляется одноногий Куй, непременно захочется поскорее избавиться от такого безобразия.

Но сейчас мне было не до одноногих китайских быков. Согласно Великому Закону Подлости, в любой момент какой-нибудь урод из окружения Орфа мог услышать, как пленник переговаривается с кем-то. И на этом моя миссия закончится. Причем вместе со мной – всю кодлу двухголового, вооруженную до зубов, мне точно не перестрелять. Скорее хорошо вооруженные мутанты превратят меня в кровавое решето.