Закон навязанных обстоятельств

Когда вбиваешь слова с открыток – зависть, чревоугодие, блуд, гордыня – сеть выдает семь смертных грехов. Это вам так, на подумать.

– А наш охотник по пути к Синей Бороде с ними расправляется, – задумчиво произнес Эрик. Он на самом деле уже давно это понял и без сети. – Сейчас главный вопрос, эти убийства вымысел или правда и какой по счету грех он приготовил для хозяина.

– Что? – не понял Юлий.

– Все эти убийства. Если верить открыткам, то охотник уже убил троих грешников, и теперь он убьет человека, подверженного Гордыне, если моя логика верна, а она всегда верна.

– Завтра пойду по связям Вась Васича и посмотрю сводки, может, найду какую закономерность, но пока мне в это не верится, городок-то маленький, и столько трупов в течение месяца вызвали бы резонанс, – согласился Юлий. – А сейчас меня не кантовать, глаза слипаются.

– Юлик, вы что, спешите скорее, чем я? – по-матерински возмутилась Зоя Саввична, когда они столкнулись в дверях. – Вам не стоит претендовать на почетное место хама, оно уже занято.

– Вашим зятем? – уточнил Юлий с поклоном, пропуская ее вперед.

– Вы проницательны, – ответила Зоя Саввична.

Когда за ними закрылась дверь, Эрик набрал ванну, лег в нее и потихоньку ушел в воду с головой, задержав дыхание, но ничего не получилось. Полежав под водой положенные одиннадцать минут и одну секунду с открытыми глазами, он сел в ванной и еще несколько минут тяжело дышал.

– Слишком мало информации, – сказал вслух, улегшись в кровать, словно бы успокаивая себя, и, выключив свет, тут же уснул.

Уже в полудреме, через негу первого сна пришло отдаленное сожаление, что забыл позвонить матери в больницу.

Иванна Андреевна Семенова, в девичестве Аюшеева, не спала, несмотря на поздний час. Она ждала звонка, вернее, видео-звонка от своего психотерапевта. После того, как ее пять лет назад бросил муж, она никак не могла справиться со своим горем. То пила, то плакала и постоянно себя жалела. Жалела, что прошла молодость, что она уже не красавица, что оставленные отцом деньги так быстро закончились, что негодяй, на которого она их и потратила, бросил ее одну; что не родила в свое время ребенка, послушав неверного супруга.

Но больше всего она жалела себя за то, что должна быть приживалкой у своего отвратительного брата, которого ненавидела всей душой. Она делала ему мелкие пакости каждый день, потому что так хоть немного могла совладать с тем, что он делает ей одолжение, и радовалась его проигрышам и ошибкам, прямо как в детстве.