Закон навязанных обстоятельств

Есть люди несгибаемые, ты на них давишь, а они лишь больше сопротивляются, а хозяин дома не такой, он поддается и сдается, пусть и не сразу, и это тот факт, что нужно занести в карточку черт характера, которая может много значить.

– Расскажите мне о своем отце, – спросил Эрик и понял, что Андрей Андреевич не ожидал такого вопроса.

– А при чем тут отец? Он точно не знал этого человека, – Аюшеев показал на окно, за которым все еще стоял разбитый снеговик.

– Давайте мы не будем терять время, про убитого все узнает полиция, а мне нужно разобраться с открытками, – напомнил Эрик с досадой.

Он не любил тратить время на пустые разговоры.

– Так вы считаете, что это не связано? – удивился Андрей.

– Я считаю, что мне не хватает информации, вся ситуация вокруг вашей семьи многослойна и потому не линейна. Вас такой ответ устраивает? Нет? Ну тогда и не спрашивайте меня. Повторю вопрос: расскажите мне про отца и про свое детство.

– Ну что вам сказать… Отец был ребенком войны, и вырастила его бабка, так как родители, оба молодые люди, в сорок третьем ушли на фронт.

Отца, бабкиного сына, призвали, а его жена ушла за ним добровольцем, оставив годовалого сына на свекровь. Оба так и не вернулись с войны, поэтому родителей своих он не помнил и особо про них не вспоминал. Для него семьей была его бабушка, вырастившая внука, вот о ней он мог много рассказывать. Любимая семейная легенда была о том, что она в двадцатом году полюбила белогвардейского офицера, который и был его дедом. Отец рассказывал, как точно она описывала его, с какой любовью. Его голубые глаза, пшеничные волосы и его безупречные манеры. Она внушала папе, что его дед был из благородных, и говорила, что надо помнить об этом и гордиться. Тихо, конечно, без огласки, но все же гордиться. Отец не очень в это верил, пока не родилась Иванна.

– Почему? – уточнил Эрик.

– У нас в семье все брацковатые, мы не чистокровные, конечно, буряты, гураны, как говорят здесь, но все же смуглые все, круглолицые.

В нашей крови намешано уже немало, но блондинов с голубыми глазами у нас не было. Если только не считать мифического прадеда, которого никто, кроме прабабки, и не видел, поэтому, когда родилась Иванна, отец с ума сошел от счастья, ведь тогда получалось, что все то, о чем ему говорила его любимая бабушка, правда.

– Сколько у вашего отца детей?

– Трое. Я, Иванна и Роман, все от разных матерей.