Она ведь не обязана на всё это смотреть, правда?
- Маша!
Раз он зовёт её Машей, значит, настроение не слишком благодушное. За время близкого общения с Харламовым, Маша уже успела это понять. Но и бежать по первому его зову не собиралась. Стояла на крыльце, смотрела на проспект и раздумывала: а не вызвать ли ей такси? Плюнуть на все чаяния, надежды и желания, и поехать домой. Спать. Успокаиваться. Набираться сил.
- Куда ты убежала? Я должен тебя искать?
- Нет, Дима, не должен. – Маша решила на него не смотреть.
– Ты, вообще, мне ничего не должен.
Харламов разглядывал её, видел, напряжённую линию плеч, гордо вскинутый подбородок, и почувствовал острое неудовольствие, которое грозило довольно скоро перерасти в раздражение. Пришлось его в себе давить, потому что ругаться не хотелось. Ругаться вот так, на улице, у дверей «Шарль», к тому же, и повода особого не было.
Повода не было, а недовольство и возмущение присутствовали. Причём, обоюдные.
- Я сказал что-то не то? – Она молчала. И это, кстати, выводило из себя.
Но конфликт нужно было постараться замять, найти компромисс. Разве он в этом не мастер? – Прости меня. Может, поедем отсюда?
Он со ступенек спустился, на Машу обернулся, даже руку ей подал. Она его руку принимать не торопилась.
- Мань, в чём дело? – возмутился он, в конце концов. Так и стоял, протянув к ней руку. Где это, вообще, видано?
А Маша тоже себя ненавидела, и именно за это. Что смотрит на него, и не может оставаться спокойной и безразличной. Не может заставить себя подать ему руку, сесть в его машину, и ощутить себя хозяйкой положения.
По крайней мере, над этой абсурдной ситуацией. Но у неё на языке вертелся только один вопрос. Глупый, никому не нужный, и, наверняка, Харламова он в лучшем случае посмешит. В худшем выведет из себя окончательно. Но она должна была спросить.
- Дима, кто она?
Он непонимающе нахмурился.
- Кто?
- Та женщина в ресторане.
Его брови практически сошлись на переносице. После чего Харламов пренебрежительно фыркнул.
- Маня, ты сдурела?
- Да, - выдохнула она, разозлившись. – Наверное, я сдурела!
Она со ступенек сбежала и твёрдым шагом зашагала по стоянке. Куда-то. В сторону проспекта.
- И куда ты направилась? – громко поинтересовался он. Уровень насмешки в его голосе превысил все допустимые пределы.
- Домой!
- Пешком?
- Я такси возьму!
- Маш, твоя сумка у меня в машине.
Пришлось остановиться. А ещё очень захотелось выругаться, с трудом подавила в себе это желание.
