Знала, что придёт момент, когда он перестанет её слушать, возьмёт на руки, кинет на постель и сделает всё так, как считает нужным. А она на некоторое время совершенно позабудет о том, что между ними что-то может быть сложно или неправильно."
"Его поцелуи, руки на её теле, прикосновения умелые и настойчивые – всё это уже перестало быть только прелюдией. Маша ждала этого, каждый день, постоянно, пока видела его рядом. Ей безумно нравилось целоваться с ним, долгими, затяжными поцелуями, которые порой и на поцелуи похожи не были.
Они просто прижимались друг к другу губами, покусывали, дыхание смешивалось, и они становились единым целым до конца. Один воздух, одни движения, одно дыхание на двоих. Харламов, бывало, что-то шептал ей, и Маша отлично помнила каждое его слово, но знала, что не повторит, не напомнит и не спросит его ни о чём утром. Это то, что оставалось в темноте, между ними двоими. Жарким шёпотом, практически фантазией, причём неприличной. И какое-то особенное удовольствие было в том, чтобы обнимать его, чувствовать тяжесть его тела на себе, и знать, что это именно он.
Маша не понимала, почему её так будоражит его имя – Дмитрий Харламов, но каждый раз, как думала об этом, с каждым его глубоким движением, голова начинала кружиться. И его имя раз за разом слетало с её губ, пока Харламов не закрывал ей рот поцелуем.
После Дима расслабленно вытянулся на постели рядом с ней, выдохнул, и руки за голову закинул. А Маша на бок повернулась, чтобы видеть его лицо в полумраке. Все недопонимания и ссоры этим вечером позабылись, она лежала рядом с ним, и наслаждалась минутами покоя.
Димкиной расслабленностью и то она наслаждалась. Тем, что он молчит, никуда не торопится, что ему хорошо, и он, кажется, засыпает. Лбом к его плечу прижалась, погладила по груди.
- Ты чего? – спросил он негромко, видимо, что-то почувствовав.
Маша головой покачала. И вдруг ей пришло в голову, что это самый подходящий момент для того, что сказать ему люблю. Подумала об этом и испугалась, даже глаза открыла. Обдумала опасную мысль.
Ведь то, что у неё в душе возникло такое желание, совсем не означает, что она должна это сделать, хочет и это прозвучит, как признание. Ведь так? Это лишь момент, по-особенному тёплый, который жаль упустить.
Натянула на них одеяло и тихо проговорила:
- Спи.
Харламов кивнул, не открывая глаз.
Утро началось привычно. Когда Маша проснулась, Димы в постели уже не было, и она была уверена, что он либо работает с документами, либо говорит по телефону.
