Закон подлости (СИ)

За одну только смелость он уже заслуживает высший балл.

— И это всё? Всего одна бредовая идея? — цокает Хантер, скрещивая руки. — Вы меня разочаровываете. Вы уверены, что выбрали подходящую профессию? В прошлом году эту задачку решил девятилетний внук ректора.

— Убийца — Алекс! — решительно выпаливаю я.

Преподаватель устремляет на меня свой взгляд, и на его лице появляется хищный оскал. Стараюсь сохранять невозмутимый вид несмотря на сотни пар глаз, прожигающих мой затылок.

— Продолжайте, — присаживается на краешек стола и выжидающе смотрит на меня.

— Исходных данных, конечно, недостаточно. Ведь вы не сказали, в каком месте было смертельное ранение, но раз задачка детская, то ответ лежит на поверхности: Алекс в термосе пронёс острый предмет вроде сосульки, который после убийства просто растаял. Именно поэтому никаких улик и не было.

Боковым зрением вижу вытянувшееся от изумления лицо Глории, но не шевелюсь в ожидании реакции Хантера. Он несколько мгновений изучает меня, а потом сухо выдаёт:

— Долго думали, мисс.

Вот так всего тремя словами он превращает мой победный триумф в ничто. В отместку ставлю этого зазнайку на первое место в моём воображаемом списке подозреваемых. Не удивлюсь, если у него есть куклы вуду, которых он на досуге тычет иголками, представляя, что это его студенты.

Глава 11.2 Альма-матер

Ещё ни разу в своей жизни я так не радовалась толкучке в коридоре. У меня даже спина покрылась испариной от напряжения, пока шла лекция. Делаю несколько глубоких успокаивающих вдохов и выдохов, пока на пару с Глорией идём на практикум по английскому языку.

— Ну ты даёшь! — присвистывает Глория, нервно ухмыляясь. — Теперь Хантер на тебя будет зуб точить, вот увидишь.

— Пусть не сломает свой зуб! Не на ту напал, — усмехаюсь.

Я вхожу в кабинет первая и застываю на месте, потому что совершенно не ожидаю, что меня встретят шквалом аплодисментов и задорным улюлюканьем.

— Встречаем мисс Марпл нашего времени! — Навстречу мне выходит человеческая версия Кена [2] с лучистыми голубыми глазами.

Он выставляет вперёд свою руку для пожатия, но как только я вкладываю в неё свою ладонь, склоняется и прижимается к её тыльной стороне губами. Смущаюсь, но не возражаю против такого старомодного выражения почтения. Решаю поддержать его выходку и в ответ приседаю в реверансе, не сумев сдержать улыбки.