— Очень скоро!
— Что скоро?
— Я дождусь новостей по одному очень важному вопросу, и когда у меня наконец будут развязаны руки, первым же делом я… сверну твою хрупкую шейку! Медленно и с большим наслаждением!
— За что?
— За все хорошее, что мне приходится чувствовать по твоей милости!
— Какого черта вы мне угрожаете? Последнюю совесть потеряли?
— Я тебя предупредил! Лучше прекращай!
— Да что прекращать-то?
— Похождения свои! Или думаешь, я ни о чем не знаю?
— Думаю, вам нет и не должно быть до меня абсолютно никакого дела! Мы друг другу никто! Встречаюсь, с кем хочу!
— Ошибаешься, малышка! И даже не представляешь, как сильно!
— Не называйте меня…
— Почему? Боишься не сдержаться?
«Да пошел ты! Гад!»
— На нас все смотрят! Мне бежать нужно…
— Ну беги! — предупреждающий рык.
— Только сперва толстовку застегни!
— Зачем?
— Вся грудь наружи! Не хрен здесь своими прелестями трясти! Или хочешь, чтобы у всей мужской половины группы штаны задымились?
«Вот ведь…»
Скрипнув зубами, дабы сдержаться от грязных ругательств, Белова резко развернулась на девяносто градусов и стремительно рванула вперед догонять Синицыну.
Злость бурлила в крови вулканом. Неуемная, безграничная злость.
Да, у ее спортивного топа действительно имелось довольно откровенное декольте, но…
«Нечего мне указывать! Хочу выставлять сиськи напоказ, значит, буду!»
Настигнуть Ирину не составило большого труда, она специально бежала медленно. А когда они поравнялись, Лена без промедления потребовала подробнейшего рассказа «анонсированной» ранее истории.
* * *— Капец! — Лена ошарашенно вытаращилась на подругу, всерьез сомневаясь в реальности услышанного. Изумленно покачав головой, она вновь возмущенно пропищала полушепотом: — Капец!
— Он самый! — угрюмо выдохнула Ирина, соглашаясь с ней по всем пунктам.
Сама того не замечая, Белова приложила холодные ладони к пылающим щекам. У нее прямо озноб по телу прошелся от этой «развеселой» истории.
«Целая жизнь псу под хвост! Целые судьбы, изодранные в клочья! И все по чьей-то прихоти! Из-за чьей-то алчности и беспринципности! Ужас…»
— Я думала, такое только в кино и бывает!
— Нет, как видишь…
— Ты сама-то в это веришь? — поинтересовалась она вкрадчиво.
— Конечно! — отчаянно воскликнула Синицына, будучи явно задета ее сомнениями. — Я собственными ушами все слышала!
— Тише, тише! — Лена примирительно вскинула руки, прекрасно понимая, какой раздрай творится сейчас у нее на душе.
