— Неужели сам не видишь? Дите дитем! Все не наиграется никак! Я — лишь прихоть избалованной молоденькой девчонки! Ее очередной каприз! А с меня довольно… довольно всех этих эгоистичных заносчивых сук!
Брат ободряюще стиснул его плечо и проникновенно заглянул в глаза:
— Не стоит судить всех по своей бывшей жене! Ленка только на первый взгляд так сильно схожа с ней характером! Только на первый!
«И это в свои восемнадцать с хвостиком! Представить жутко, в какую прожжённую стерву она может превратиться в Ксюхином возрасте!»
— Кстати, о птичках! — потребовал, нахмурившись.
— Ты за каким чертом разболтал ей про мой развод? Про сына? Про Таню, в конце концов!
Слава медленно отстранился и возмущенно выдал:
— Меня удивляет, почему ты сам этого не сделал!
— Я обязан был распространяться о своей личной жизни перед школьницей? — изогнул бровь в немом изумлении. — Серьезно?
— Да! Если действительно хотел, чтобы она оставила тебя в покое! — огрызнулся Красницкий. — Или тебе все же льстило ее внимание?
«Да, бл*дь! Льстило! Морально уничтожало, душило… но льстило!»
— Хватит об этом! — отчеканил холодно, пытаясь совладать с эмоциями.
— Скоро звонок. Тебе пора!
— Как скажешь! — безразлично пожав плечами, брат направился к двери.
— Слава?
— М-м-м?
— Приглядывай за ней!
— За кем? За Беловой, что ли?
— Да!
— Еще чего! Я похож на гребаную няньку?
— Инициатива наказуема, малой! Ты приволок ее сюда! Ты!
— Ничего подобного! Она шла комплектом с моей Синичкой!
— Значит, приглядывай за обеими! — прогромыхал Виктор, надрывая связки.
— И приглядывай хорошенько! Ведь если эта упрямая девчонка надумает вновь создать проблемы мне, я, в свою очередь, создам их тебе! Справедливо?
Вячеслав задиристо усмехнулся:
— Обязательно вспомни о своей холеной справедливости и благодарности ко мне, если решишь однажды натянуть ее на член! А пока — по рукам!
Секунду спустя стены кабинета содрогнулись от страшного рева Макарова:
— Свали на хрен с глаз моих!
— Бегу-бегу! — весело загоготал Слава во все горло.
— Привет Тане!
* * *«Тишина привычнее, чем мой голос. Меня практически стерли ветра…»
Не скрывая своего раздражения, Виктор резко выключил магнитолу. Слишком уж заунывную музыку крутили в последнее время местные радиостанции. В душе и так царил полнейший хаос, непроглядный мрак. А от подобных треков и вовсе хотелось пойти и вздернуться в какой-нибудь укромной подворотне. Благо теперь в салоне автомобиля воцарилась первозданная тишина. Хорошо.
