Отрицательно покачав головой, девушка собиралась вернуть устройство обратно на журнальный столик, но в последнюю секунду совершенно случайно «выцепила» взглядом до жути знакомое имя. Имя, вызывающее горечь и оскомину на языке.
«Таня! Ах, Таня! Какая встреча!»
Память услужливо вернула Лену на несколько часов назад. В то самое время, когда ее мама рыдала и ведрами пила успокоительное после общения с этой лживой дрянью. И злость вновь вспыхнула в ней со страшной силой. Опалила внутренности, точно кислотой.
Затмила разум.
Лишила возможности здраво оценивать свои поступки.
Лишь одна мысль сейчас прорывалась сквозь морок сознания:
«Попалась, сучка! Вот я тебя и нашла!»
***
От нестерпимого желания выцарапать мерзавке глаза и вырвать волосы у нее затряслись руки.
Да что там руки? Ее всю затрясло будто в лихорадке. Недолго думая, Белова открыла чат Макарова с Татьяной, не без удовольствия отмечая, что их послания друг другу всегда носили только бытовой характер.
Затем, мстительно прищурившись, она написала ей от лица Виктора:
«Нужно поговорить! Давай встретимся!»
Ответа Лена ожидала, буквально вибрируя от напряжения и рискуя под корень сгрызть собственные ногти. Но телефон упрямо молчал. Таня молчала. Нервно швырнув устройство на диван, Белова вскочила на ноги и принялась мерить помещение нетерпеливыми шагами. Вперед-назад. Туда-обратно. Будучи поглощена своим занятием, девушка не сразу заметила, что в квартире находится уже не одна.
На пороге гостиной возвышался Виктор. Он тяжело дышал.
Суровое выражение его лица свидетельствовало о первобытном гневе, все еще бушующем в крови. Взгляд мужчины тоже оставался диким. Лена испуганно вскрикнула от неожиданности и застыла на месте настоящим каменным изваянием. Даже крошечный вдох сделать не решалась.
Однако, заметив на тыльной стороне его правой ладони небольшие ссадины, стремительно вышла из оцепенения. Подбежав к Макарову, она мертвой хваткой вцепилась в его мощное запястье и проблеяла дрожащим голосом:
— Что с рукой?
Он молчал, прожигая в ней дыры своими темными глазами.
Но и Беловой упрямства было не занимать.
Она повторила свой вопрос куда более требовательно:
— Вик, что с твоей рукой?!
Странно хмыкнув, Виктор схватил ее за талию и грубо притянул к себе.
Его ладони собственнически сжались сперва на ее бедрах, а после на ягодицах.
