И ни с чем не сравнимый аромат податливого юного тела!
«Так, стоп! — одернул себя крайне жестко. — Хватит! Хватит бредить!»
А после, встрепенувшись, сомкнул пальцы на запястьях девушки и мягко отвел ее руки от своего лица, прерывая тем самым их физический контакт. Для надежности попятился назад, отступая на шаг.
— Доказать? — иронично прокаркал пересохшим горлом. — И как же ты себе это представляешь, Белова? Мне спустить штаны и устроить публичную примерку? А тебя не смущает тот факт, что для данного действа мужчина должен быть возбужден? Ты, что ли, собралась стояк мне организовывать?
Явно смутившись, Лена потупила взор.
Ее щеки, уши и даже шея сделались пунцовыми.
Машинально увлажнив губы, она сбивчиво затараторила:
— Нет, конечно! Извините… глупость сморозила!
— Очень хорошо, что ты это понимаешь!
— Угу! — пауза, тяжелый вздох. — Надеюсь, наш уговор в силе?
— Разумеется! — отозвался куда более спокойно. — Ты не создаешь проблем мне, я — тебе! Я спокойно работаю, а ты — спокойно учишься!
— Ладно!
Кивнув в сторону кухонного стола, куда Виктор благополучно водрузил пакеты с продуктами, его новоиспеченная студентка тихо заявила:
— Спасибо за помощь…
— Не стоит!
— А Вы…
— Да? — неосознанный полушаг вперед.
И вновь ее дурманящий запах проник в легкие.
И вновь ее частое дыхание защекотало кожу.
— …сильно торопитесь?
«Тороплюсь? А куда я торо… черт, Таня!»
Чувствуя какую-то тяжесть на душе, Макаров сдержанно улыбнулся.
— А что?
— Ничего! Просто вчера я испекла печенье!
— Вкусное? — прохрипел заговорщицки.
— Очень!
— Очень? — с трудом понимая, что творит, он все же прикоснулся к ее волосам. Чувствуя себя конченым идиотом, пропустил между указательным и средним пальцами светлую прядь, испытывая странный кайф даже от этого.
— Очень-очень! — выдохнула она. Заторможенно и слегка вздрогнув.
— Ну, неси тогда! Попробуем!"
"Девушка метнулась к буфету (чудом избежав столкновения со стулом), извлекла оттуда небольшую вазу, наполненную выпечкой, и спустя мгновение протянула угощенье Виктору.
Попробовав одно их них, он едва не застонал вслух от удовольствия, ибо печенье оказалось действительно вкусным. Рассыпчатым. В меру сладким, с ярко выраженным лимонным привкусом. Оно буквально таяло во рту. Проглотив все до последней крошки, Макаров одобрительно кивнул:
— Молодец!
— Вам понравилось? Правда?
— Правда! Еще хочу! Чайник ставь!
Улыбнувшись, Белова шустро добралась до электрического чайника, который явно собиралась включить.
