Закон Севера

– Твоя автомата дает – моя другой берег везет, – в рифму предложил он и, вероятно в знак симпатии, сыто рыгнул.

Ручкаться с хозяином лодки я не стал, лишь кивнул. Черт с ним, с автоматом, один патрон все равно не панацея от всех напастей этого мира.

Трупоед убрал непожатую руку, нахмурился было, но потом, видимо решив, что эмоции эмоциями, а навар наваром, спрыгнул с пристани на дно своей посудины, подхватил весло и уверенно утвердился на дне лодки, раскорячив кривые ноги.

Я не заставил себя ждать и спрыгнул вниз с пристани.

Легкая лодка тут же просела и черпнула бортом воды.

– Легче, хомо, – зашипел перевозчик. – Моя не хочет кормить водяной змей.

О как! Будем надеяться, что «водяной змей» лишь местная легенда типа Несси в шотландском озере. Просто жутко не люблю я водные глубины и все, что может в них водиться плотоядного. Как в анекдоте.

«– Рыбу любите?

– Есть люблю, а так нет».

Так вот, это точно про меня…

Специалистов я уважаю и к их мнению всегда стараюсь прислушиваться. Легче так легче.

Я осторожно опустился на узкую скамейку возле самого носа лодки в полной готовности соответствовать статусу пассажира. То есть слушаться капитана, вести себя тихо и не шатать трубу… тьфу ты, лодку.

Трупоед оказался большим мастером своего дела. Уверенно взмахнул веслом, вероятно в отместку за непожатую лапу, обдал меня веером брызг и, попеременно справа-слева погружая в воду свое длинное и неудобное орудие труда, направил утлую лодчонку по требуемому маршруту.

Говорят, что нет ничего более увлекательного, чем наблюдать за тем, как течет вода, горит огонь и работает кто-то другой.

С первым и вторым, пожалуй, соглашусь – когда делать решительно нечего и точно знаешь, что никто не ударит в спину, можно и так развлечься. Хотя лично мне, например, интереснее смотреть, как раздевается красивая женщина.

А вот третье утверждение – совсем не в кассу. Ну работает кто-то – и ладно, его дело. Будешь долго пялиться, можно и в тыкву схлопотать. Да и было б за чем наблюдать, кстати.

Меня вот машущий веслом трупоед не интересовал ни капли. А по сторонам посмотреть было на что.

Мы как раз проплывали мимо полузатопленного и почти разрушенного здания. На месте осыпавшихся стен торчали ржавые арматурные прутья, на которые какие-то местные ландшафтные дизайнеры уже много лет насаживали отрубленные головы. Свободных прутьев почти не было. Где-то висели полностью голые черепа, где-то – полуобглоданные. Но были и свежие головы.