Хорошо, что этот альфа из-под асфальта полностью не вылез, а то б случилась нам с лохматенькой полная омега.
– Спасибо, – сказал я.
Она непонимающе уставилась на меня.
– За кирпич. Метко кидаешь.
Действительно, если б не Рут, поток ментального притяжения твари запросто втянул бы меня под корону из щупалец, как язык хамелеона затаскивает в пасть охотника слишком уверенную в себе муху.
– Брат учил, – совсем по-человечески вздохнула нео. И добавила: – Он хороший. И добрый.
Угу. Офигительный просто. Только все же стрела доброго брата не мне в грудь смотрела, а левее и ниже.
Я, как любой мало-мальски опытный снайпер, очень хорошо чувствую, когда в меня целятся. Так что, лохматенькая, один-один. Тебе за кирпич спасибо, а про душку-братца я тебе никогда ничего не скажу. Родня – это святое, даже когда она пытается тебя замочить. Или ежедневно треплет тебе нервы, медленно убивая твою жизнь. Кстати, если сравнивать, то первое честнее…
Ладно, хорош себя жалеть. Мужик ты или где?
Я хлопнул себя по коленкам и поднялся со ступеньки.
– Снар ее сильно любил?
Блин, ну и глазищи у этой обезьянки. Даже с ресницами, длинными-длинными. Интересно, у них тут каждый второй телепат или у меня все на фасаде написано крупными буквами?
– Значит, так, девушка, – веско сказал я. – Конечно, спасение жизни спутника серьезный поступок, но не аргумент для того, чтобы заниматься психоанализом его личной жизни. Которая, кстати, осталась в прошлом. Понятно?
Рут испуганно кивнула, аж два раза подряд.
– И еще. Ты теперь не дикарь, а временно второй номер снайпера. Так что будем учиться владению нормальным оружием и местоимениями. А то я как-то не привык, чтоб меня величали в третьем лице.
– Рут ничего не поняла, – вздохнула нео. – Но Рут научится.
* * *Я шел и думал.
Как известно, одно другому не мешает. ВСК-94 привычно оттягивает руки, готовый в любую секунду выплюнуть пунктир из раскаленного свинца. Взгляд сканирует пространство, уши ловят малейший шорох, ноги сами находят оптимальный участок для следующего шага.
А в голове, словно клубок растревоженных змей, ворочаются мысли.
Итак, я снова здесь. Ни на острове, ни на материке, ни даже на зараженной территории моего мира, куда никакой нормальный человек никогда не сунется, места мне не нашлось. Нет, конечно, друзья были бы мне всегда рады. Но в то же время я прекрасно осознавал, что у них полно своих проблем, и никого из них не хотел обременять своими.
Проблемы же были существенными.
