Такая машина может развивать скорость до шестидесяти километров в час, при этом она полностью защищена от нападения мутантов. Но не от Полей Смерти… Вон там стоят электроциклы, на которых приехали наши…
Я посмотрел туда, куда указал Ион, пригляделся – и присвистнул. Потом осторожно, стараясь не вляпаться в чьи-нибудь протухшие внутренности, подошел поближе. То, что я вначале принял за большие кучи мусора, измазанные кровью и дерьмом, действительно оказалось неким подобием бронированных машин.
Видимо, рукокрылы, пытаясь расковырять клепаную обшивку, приносили в когтях и бросали сверху куски бетона, бревна, всякий тяжеловесный хлам.
Но обломались. Лишь пару клинков сломали – и все. Надо отметить, что грузовики были сплошь утыканы шипами и лезвиями. Так просто к машине не подойдешь, особенно на ходу. Наверно, удобно путешествовать по открытым территориям, оккупированным мутантами, но вот как ремонтировать такое чудо в полевых условиях – загадка. Да и через лес не проехать, даже в рощу на таком чуде соваться не стоит – мигом застрянешь намертво.
– И на сколько хватает аккумулятора у этого монстра? – поинтересовался я.
– Туда и обратно хватит, – сказал Ион. – Ленинградский проспект и Ленинградское шоссе похожи на одну сломанную стрелу. Небольшой излом на «Аэропорту» и второй, существенный, после «Сокола», где проспект в шоссе переходит. На этих машинах по развалинам не покатаешься, а по проспекту можно… Вернее, по тому, что от него осталось.
– Понятно, – сказал я, осматривая машину, похожую на эдакого прямоугольного ощетинившегося ежа размером с автобус.
Слышал я еще дома, что в Штатах изобрели электрочоппер, который проезжал на одной зарядке шестьдесят километров со скоростью сто миль в час. А тут, значит, тридцать – сорок кэмэ темпами примерного водителя. Хотя для постапокалиптического мира, наверно, и это мегадостижение.
– Не знаю, куда отлучились рукокрылы, но сваливать нам отсюда надо срочно, – сказал я, – Как заводить это чудо техники, знаешь?
Ион кивнул.
– Ну так чего стоим?
– Надо похоронить убитых. По обычаю.
Я окинул взглядом поле… даже не боя, а массовой казни. Угу, здесь останки не меньше полусотни человек, причем разбросанные по всей территории. Собрать все кусочки, вырыть могилу, закопать… Работы примерно дня на два. Если, конечно, летучие мыши не вернутся. И шестое чувство мне подсказывало, что времени до их возвращения остались не дни, не часы, а в лучшем случае минуты.
