Но кто-то очень хотел убрать Халипову, кому-то она сильно мешала, и этот «кто-то» ждал удобного случая, или не ждал, а просто воспользовался тем, что девушка неосторожно себя повела, засветилась при любовном свидании с каскадером, и немедленно донес куда следует. Так тебе больше нравится?
– Вообще-то ничего, как версия годится.
Коротков поднялся с низкого стульчика, все-таки детская мебель была для него неудобна, и принялся дрыгать затекшими ногами.
– А что сам каскадер говорит? Подтверждает интимную связь с Халиповой?
– Ну да, подтвердит он, как же.
Отказывается, знамо дело, а у самого глаза как у нашкодившего кота. Но если он с актрисой не спал, то почему на юбилей не пришел, вот ответь мне!
– Может, у него дела какие-то были важные и неотложные. Всякое же бывает.
– И снова ты права! – Коротков осмотрелся в поисках чего-нибудь поудобнее детского стула, ничего подходящего не нашел и пристроил себя на широкий подоконник. – И мы задавали этот вопрос каскадеру Кричевцу.
Знаешь, что он ответил?
– Что у него никаких дел не было и все три дня он провел у своей любовницы на ее квартире.
– А откуда ты знаешь? – в изумлении спросил Юра. – Тебе что, Зарубин звонил?
– Догадалась. – Она снова погладила ногу, словно именно нога была ее собеседником, а вовсе не Коротков. – Если бы каскадер перечислил тебе все свои неотложные дела на эти дни, ты бы кинулся проверять и очень быстро выяснил бы, что это чистое вранье. Вот он и прикрывается любовницей, которая его всегда поддержит и показания подтвердит.
Он мог бы сказать, что провел эти дни у себя дома, но его, вероятнее всего, там не было, ему же наверняка кто-то звонил, а он не отвечал. Поэтому выдвинуто объяснение про три дня в объятиях любовницы на ее квартире.
– Нет, подруга, ты хоть и умная, а не все знаешь. Каскадер Антон Кричевец поведал нам, что Островский пригласил его вместе с любовницей гражданкой Волковой на банкет в воскресенье, но у Волковой именно в воскресенье имел место быть семейный ужин в связи с девяностолетием бабушки, а идти без нее Кричевец не хотел.
– Подумайте, какие нежности, – пробормотала Настя. – Ну и что ему помешало поздравить Островского в понедельник, на банкете в Доме кино? Или в субботу?
– В субботу, как объяснил сам Островский, он собирал людей определенного круга, элиту, так сказать. Высшее руководство. А в воскресенье как раз был банкет для друзей и близких независимо от ранга.
