А мозги у капитана Дюжина хорошие и для аналитической работы вполне пригодные, с чем Настя не могла не согласиться. Однако же ей потребовались значительные интеллектуальные и душевные усилия, чтобы примириться с особенностями Дюжина, и не просто примириться, а открыть для себя и принять давно всем известную истину о том, что все люди разные и не обязаны быть похожими друг на друга. Да, Павел такой, какой есть, и надо радоваться тому, что он такой, и любить его таким, и принимать, и не считать психом ненормальным только лишь на том основании, что он не похож на большинство окружающих, в том числе и на саму Настю.
Она позвонила Павлу на следующий же день после разговора с Колей Селуяновым. Дюжин уже год как снял погоны и ушел вместе с генералом Заточным в какую-то крупную коммерческую структуру, где с успехом применял навыки аналитической работы, занимаясь отслеживанием финансовых потоков.
– Паша, ты знаешь, что такое кинезиология?
– Конечно, – ответил Дюжин, не задумываясь.
– Это что, какая-то наука?
– Да нет, скорее практика. Ну и наука тоже. Почему ты интересуешься?
– Да тут потерпевшая одна… – Настя замялась, она разговаривала по телефону, сидя в больничном коридоре, мимо сновали врачи и медленно двигались больные, и ей не хотелось вслух произносить страшное слово «убийство». – У нее на визитной карточке указано, что она кинезиолог. Ты мне можешь поподробнее рассказать, что это за штука такая?"
"– Я так понимаю, что у самой потерпевшей ты уже спросить не можешь, – усмехнулся Павел.
– Хорошо, давай встретимся. Где и когда?
– Понимаешь, я сейчас в госпитале. Если бы ты мог сюда приехать, было бы славно.
– В госпитале?! Что случилось?
– А, ерунда. Ногу сломала, но я уже ходячая, меня через два дня выписывать будут. Так ты приедешь?
– Конечно, прямо сейчас.
– С работы сбежишь? – рассмеялась Настя. – Начальство не заругает?
– Так у меня начальник-то кто? Заточный.
Поэтому даже не сомневайся, меня отпустят к тебе по первому требованию. У вас там как, пускают посетителей?
– Вообще-то с четырех до восьми, но на оперсостав это не распространяется, так что ко мне пускают всегда. Ко мне вчера даже в десять вечера с работы приходили.
Дюжин примчался в госпиталь уже через час. За этот час Настя буквально голову сломала, пытаясь придумать, где бы найти в отделении место для разговора наедине.
