А если не две-три, то хотя бы одна. Установить и найти этих подружек можно за полтора-два часа, задать им нужные вопросы – еще час. Данные о любовнике Халиповой должны были быть у меня на столе еще вчера к обеду, это самое позднее.
Почему данные должны были лежать на столе Афанасьева, Юра Коротков не очень понимал. Много ли толку от такого, с позволения сказать, лежания? Они должны быть в руках у сыщиков, которые дело делают, а не у начальника, который руководит ими из кабинета. Конечно, если бы на месте Афони сидел Колобок-Гордеев, тогда дело другое.
Гордеев, увидев фамилию и должность любовника Юлии Халиповой, сказал бы: «Не суетитесь, этого я сам подработаю, вы к нему пока не суйтесь». А Афоня? Слишком недавно он в Москве работает, чуть больше года, не оброс еще связями, не выстроил доверительные отношения с людьми, неоткуда ему качать информацию, так что в раскрытии преступлений практической помощи от него никакой, одни сплошные руководящие указания. Иногда, будем смотреть правде в глаза, очень и очень толковые, все-таки опыта в розыскной работе ему не занимать.
Но работать так, как работал Гордеев, он, конечно, еще не может.
– Вот пусть Доценко мне объяснит, чем он занимался два дня, вместо того чтобы искать подруг потерпевшей. Ремонтом квартиры?
«А хоть бы и ремонтом», – зло подумал Коротков. Что Мишке, в сарае жить, что ли? Он после долгих поисков нашел наконец вариант, при котором его с мамой двухкомнатная квартира превращалась в две однокомнатные в нужном микрорайоне, почти два года искал, уже надежду потерял.
То есть варианты попадались и раньше, но каждый раз это были хорошие квартиры, на приобретение которых требовались деньги, существенно большие, нежели можно было получить от продажи «двушки», а никаких других денег у Доценко не было. Так что пришлось ждать, когда судьба подбросит жилье достаточно низкого качества, чтобы обойтись без доплаты. Судьба подбросила такое, что без ремонта там не то что жить – двух часов провести невозможно. Мишка занял денег, в первую очередь привел в порядок одну из квартир, поприличнее, и перевез туда маму, а сам живет пока в семье жены, у Стасова, и каждую свободную копейку вместе с каждой свободной минутой тратит на починку того, что еще можно починить, и замену того, что починить уже нельзя.
При милицейской-то зарплате это песня долгая, не на один месяц."
"– Подруг потерпевшей я нашел сразу же, – спокойно начал докладывать Доценко, хотя Коротков видел, как заходили желваки у Михаила на лице.
