Светка дурой не была, знала, когда лучше отступить. Я чувствовал, что нас еще ждет разговор, но не сегодня.
Я закрыл дверь и повернулся к Диане, которая стояла скрестив руки и опиралась об арку кухни.
– Если что, я ничего плохого ей не сделала, – сразу же стала оправдываться пигалица. – Я просто сказала, что мы женимся, и тут она взяла и грохнулась в обморок. Или не в обморок.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что она притворялась! Я видела, как она открыла глаз.
Почему-то от этих слов меня разобрал смех. Но я спрятал его за покашливанием.
Пока я не воспринимал Свету как угрозу, хотя ее слова насчет отмены диеты немного напрягли. Если она хотела намекнуть насчет беременности, то не стала бы молчать, верно?
– Ты думаешь, я вру? Зачем мне это? – не отставала Ди, видя, что я молчу.
– Да это неважно, слушай, можешь о ней не беспокоиться.
– Вот зря ты так думаешь, – пошла она ко мне, размахивая руками, – если она притворялась, то кто знает, на что еще способна? Вдруг она порушит нашу легенду.
– Ты так рьяно стоишь за нее, – ухмыльнулся я, оценивающе глядя на Ди, – а в отделении вопила как резаная, что я тебя принуждаю.
– И ничего я не вопила, – тряхнула она волосами, – а насчет того, что я успокоилась: так вроде не глухая. Вы дали расклад, я выслушала и приняла аргументы. Решила принять ваши условия. Вы же всё равно не отстанете.
– “Вы”, “вы”, – поцокал я языком, перебарывая в себе желание потрогать тонкие пряди ее белокурых волос, – раз приняла условие, давай на “ты”. Ты же только что так ко мне обращалась.
– Ты, ты, ты, – как болванчик покивала пигалица и показала язык.
Вздохнул. Ребенок она еще. Но очень соблазнительная для ребенка. В ней сочетаются дурашливость, дерзость и женственность. И всё это в одном комплекте.
– Отлично. Рад, что ты так быстро усваиваешь информацию и принимаешь условия.
– Я всего лишь бесправная пешка в руках циничного блюстителя закона, – закатила она глаза, поворачиваясь ко мне спиной и шагая на кухню.
Вот зараза мелкая.
– У тебя же есть продукты? Я могу приготовить ужин.
Если честно, есть хочется ужасно. Я же могу поесть? У меня сегодня больше никакие анализы брать не будут? Или, может, какие еще экзекуции припасены?
– Продукты есть. Можешь приготовить что хочешь. Или закажем доставку. Или ты думаешь, у меня руки растут из жопы и я с голоду помираю?
– Почему же? Ты можешь питаться в столовой или в ресторане. А еще любовницы могут еду приносить. Они, знаешь, любят подкармливать.
