Законный брак

До вечера я полностью ознакомилась с особняком и смогла оценить вкус своего супруга, сумевшего из старомодного родового гнезда сделать современный, оборудованный по последнему слову магии и техники дом. Ни у кого в Уэстене не было таких самонагревающихся котлов, вода из которых отапливала весь особняк и попадала в ванные комнаты, расположенные в каждых покоях – и в хозяйских, и в гостевых. У слуг умывальная была одна на каждую половину – женскую и мужскую, а внизу, в подвале, стояли огромные хладобуфеты и стазошкафы, умеющие сохранять продукты свежими от нескольких недель до года.

Раньше я о таком только читала, а сейчас видела своими глазами. А нагревательные плиты, заменившие традиционные печи? Кухарка с особой гордостью показывала мне, как они работают, и нахваливала «доброго хозяина», постаравшегося облегчить ее труд.

Я смотрела, слушала, общалась и открывала для себя совсем другого Кейна. Вместо повесы и бабника он предстал передо мной рачительным, прогрессивным, внимательным к своим людям и… щедрым.

Когда я узнала, сколько получает самая последняя служанка, то невольно подумала, что не там искала источники дохода. Надо было сразу к Кейну обращаться! Может, он захотел бы брать уроки игры на фортепиано или пожелал бы заняться вокалом. Кстати, в одной из зал, которую госпожа Тьюз гордо именовала музыкальным салоном, стоял шикарный стрендеровский рояль, и время до ужина я провела именно за ним.

Музыка всегда помогала мне справиться с плохим настроением. Кейне, Струман, Гайдер, мой любимый Иксен – их творения позволяли раствориться в лавине звуков и эмоций, выплеснуть все, что накопилось в душе, освободиться от груза проблем и найти себя.

Сейчас, после неразберихи вчерашнего дня, это было жизненно необходимо.

Я играла, забыв обо всем. Мелодия любимого ноктюрна лилась из-под пальцев, заполняла зал, освобождала душу. Мне порой казалось, что Струман обладал какой-то особой, неизвестной никому магией. Его произведения в каждом сердце будили свои, особенные эмоции. Кто-то из слушателей плакал, кто-то улыбался, но равнодушных не было.

Точно, магия…

Я полностью растворилась в музыке, но в какой-то момент почувствовала, что больше не одна. Не прекращая играть, немного повернула голову и заметила застывшего в дверях Кейна. Пират выглядел задумчивым, лицо его казалось умиротворенным, и даже взгляд – опасный и острый взгляд флибустьера, – сейчас был непривычно мягким.

Я продолжала делать вид, что не замечаю тайного слушателя, но это было не так-то просто.