Законный брак

Сколько раз у меня были похожие симптомы раньше? Сколько раз я радовалась и торопилась сказать Бобби, что у нас будет малыш? И ведь ничего не вышло. Вот и сейчас, скорее всего, мне просто кажется. Но что, если это все-таки правда? Как Кейн примет невероятную новость? Обрадуется? Или разозлится?

Я вздохнула. Глупо об этом думать. Уверена, муж сделал все, чтобы наша близость обошлась без последствий. Маги обычно легко справляются с подобными вещами, и дети у них появляются только тогда, когда они действительно этого хотят.

Хотел ли этого Кейн? Не знаю. Не уверена. Но ведь пират не их тех, кто не думает о последствиях, о нет. За то недолгое время, что мы провели вместе, я успела понять, что у Джеймса очень гибкий ум, с легкостью просчитывающий несколько вариантов развития событий, и умение четко планировать все на несколько шагов вперед. Но тогда, выходит, он сознательно отказался от заклинания, препятствующего зачатию? Или я все придумываю, и нет никакого ребенка?

Снаружи послышались странные звуки.

То ли пение, то ли вой волков. Я подошла к окну и подняла закрывающую его кожаную штору.

Зрелище, которое мне открылось, заставило удивленно податься вперед.

Вокруг большого костра, пылающего в центре площади, в два ряда стояли акаучи. Они медленно раскачивались и пели, и эти звуки – низкие, гортанные, похожие на звучание органа, будили в душе странные эмоции и чувства. Мне казалось, что я вижу бесконечные леса, простирающиеся до самых гор Авенау, дорогу, бегущую между деревьями, полную яркую луну, занимающую полнеба, мерцающую россыпь звезд.

Под ногами, или, скорее, под волчьими лапами, шуршали потемневшие листья, лицо овевал прохладный вольный ветер, в душе вскипало шипучее, как молодое игристое вино, счастье… И я стояла, словно в трансе, а незамысловатая мелодия, в которой явственно проступал высокий волчий вой, уносила меня все дальше, влекла за собой, открывала тайны древних племен и такой же древней земли, на которой они жили.

Не знаю, была ли это магия оборотней, или я теперь чувствовала все иначе, но окружающий мир казался совсем не таким, каким я привыкла его видеть.

– Асаури! – долетел до меня громкий возглас.

Круг распался, и в центре, у самого костра, подняв руки, замер одетый в длинную белую хламиду старик.

– Сахраш ави! – повысив голос, добавил он.

И тут я заметила мужа. Кейн вышел вперед, шагнул в центр и остановился рядом со старым акаучи.