Законы стаи

«У меня чужое тело… Я не в больнице… И это не квартира», – тут я начала сама задавать себе вопросы и сама же на них отвечать:

-- Почему это не квартира?

-- Грязные беленые стены и такие полы в квартирах не бывают, даже в бомжатниках.

-- Тогда где я нахожусь?

-- Не очень понятно, возможно – деревня, потому что попахивает навозом, хотя окно закрыто и даже завешено короткой шторкой.

-- Точно не больница? Может быть, как раз сельская больничка и есть?

-- Даже в самой глухой деревне не может быть медпункта, где полы будут земляными, а постель – вот такой.

-- Может, Карина отвезла меня к какой-то местной знахарке?

-- Ни одна знахарка в таком сарае жить не будет. Кроме того, знахарка не способна поменять мне тело… -- тут мысли снова сбились в кучу, я почувствовала сильную усталость и довольно быстро погрузилась в сон.

Думаю, это была защитная реакция организма, мозга или души. Кто знает, что именно было первично для выживания, но больше всего этот сон напоминал хороший медицинский наркоз.

Когда я вновь «включилась» в жизнь, мне было уже немного проще принять то, что тело, в котором я очнулась, не мое. Это была самая безумная вещь, которую первый раз я даже побоялась обдумать: слишком это смахивало на сумасшествие. Но, вставая, я не могла не видеть новых чужих рук и ног, которые вдруг стали моими. Да и темные волосы совершенно точно принадлежали не мне.

Сейчас я лежала все еще с закрытыми глазами, принюхиваясь и прислушиваясь к новому миру.

-- Хвала милостивой Ман (Маан, Моан или даже – Муан), – я толком так и не расслышала.

Голос вроде бы был женский. Рука еще чуть погладила меня по лицу, и человек отошел. Я не знала, как дальше лежать неподвижно – внутри все кипело от всплеска адреналина.

Нет, я не испытывала страха за жизнь, однако, прекрасно понимала, что заняла в этом мире чье-то место. Мне казалось, что как только я открою глаза, все сразу поймут - я пришлая чужачка, захватчица.

Кроме того, женщина говорила не на русском. Довольно мягкий язык, но точно не славянский. И хотя я прекрасно ее поняла, все равно не соображала, как я смогу разговаривать на языке, которого не знаю?!

Это порождало состояние паники.