Законы стаи

Когда я только развивал свой бизнес, раньше уборщицы и бухгалтера я нанял зама, на которого и свалил все, что смог, сам предпочитая ездить на объект, ругаться с рабочими, заказчиками и архитекторами.

Королевская канцелярия вызвала во мне оторопь одним своим видом – длинное многоэтажное каменное здание совершенно тюремного вида – с решетками на узких окнах, с охранявшими вход военными, вооруженными до зубов, и десятками мелькающих туда-сюда служащих этой самой канцелярии.

Все нижние чины были одеты в одинаковые тоскливо-серые куртки с гербовой вышивкой на правой стороне груди.

В этом холодном и мрачном здании с бесконечным количеством узких длиннющих коридоров я мгновенно почувствовал себя муравьем.

Барон, как мне кажется, был напуган больше меня. Кроме толпы мельтишащих чиновников было огромное количество посетителей, сбитых в кучки и очереди перед массивными дверями кабинетов.

Изначально все посетители проходили через огромную приемную, где за столами сидело с десяток канцелярских крыс, выслушивающих посетителя и объясняющих, в какой кабинет и к кому следует обратиться.

Так начались наши мытарства.

Возможно, еще на первом этапе стоило «подмазать». Проблема была в том, что все они сидели в одном помещении: огромном, скучном, тусклом, наполненном гулом голосов, ничем не отгороженные друг от друга. Я просто не рискнул сунуть монету на глазах у десятков людей.

Посетители, кстати, толпились довольно разные, но большинство были одеты весьма скромно. Однако, совсем уж крестьянских лиц я не заметил.

Чиновник отправил нас в один из кабинетов, где за столом в тесной клетушке сидел его точный «клон». Такой же тощенький, сутуловатый, с тонкими паучьими пальчиками. Он был вежлив, предупредителен, внимательно выслушал нас и очень любезно отправил нас в следующий кабинет.

-- Простите, высокородные господа, но такими делами занимается отдел «Земельных споров и претензий».

Из отдела «Земельных споров и претензий» нас отправили в отдел «Наследственных и опекунских претензий», оттуда еще куда-то.

Везде перед комнатами топтались люди, приходилось дожидаться очереди, и после полудня я заметил, что барон окончательно выдохся – ему было тяжело бродить по этим душным коридорам."

"В какой-то момент я просто озверел от этих бесконечно одинаковых лиц, формально любезного сочувствия и бесконечных «…к сожалению, наш отдел не занимается такими вопросами».

Окончательно я психанул в одном из кабинетов, где сидело два таких бюрократа.