Законы стаи

Добившись, чтобы я немного пришла в себя и глядя мне прямо в глаза, он повторил:

-- Ты кричишь на русском, – и догадавшись, что я не слишком понимаю, пояснил. – Мы в другом мире.

Только тут до меня дошло, о чем он говорит. Пожалуй, это еще больше вогнало меня в ступор. Я, словно сквозь какое-то чуть туманное стекло, просто наблюдала, как развиваются события дальше.

Оставив меня возле тела, среди гудящей толпы, из которой ни один человек не попытался мне помочь, он вернулся, ведя с собой женщину с тележкой.

В эту тележку он молча закинул наши с Нергой корзины и о чем-то быстро переговорив с женщиной, снова исчез.

Женщина, оставив тележку, взяла меня за руки и что-то успокаивающе говорила. Я плохо понимала, что именно. Парень вернулся довольно быстро. С ним шли трое крепких мужиков, один из которых нес на плече рулон ткани.

Дальнейшее напоминало мне какой-то бред. Прямо здесь, растолкав людей, они запеленали Нергу в эту ткань, сшивая ее у меня на глазах огромными иглами. На лицо покойной, даже не закрыв ей глаза, накинули угол ткани.

После этого к ним присоединился еще один мужчина -- с большими деревянными носилками в пятнах облупившейся зеленой краски. Тело Нерги подняли, положили на носилки, и мы все куда-то пошли.

По дороге женщина с коляской отстала – один из мужиков покатил куда-то ее тележку с продуктами, а она пошла следом. Парень, что разговаривал со мной на рынке, подхватил освободившуюся ручку носилок и взвалил себе на плечо.

Дальнейшее я запомнила совсем плохо.

Кажется, он меня о чем-то спрашивал. Потом, непонятно откуда, появилась Верса. Та самая соседка, которая принесла яйца. Она подхватила меня под руку и, что-то бормоча, тащила вперед. Потом я очнулась уже дома, тело Нерги было положено прямо во дворе и на лице распахнули ткань. Парень куда-то исчез и я чувствовала себя неуютно.

Приходили соседи, многие из них зачем-то приносили продукты – самые разные и складывали их в комнате, на столе. Мне говорили какие-то слова утешения, гладили по рукам, я тупо кивала, соглашаясь со всеми.

Ближе к вечеру парень вернулся вместе с той женщиной, своей матерью. К этому времени я потихоньку начала осознавать происходящее. Поток соседей почти иссяк, я сидела прямо на земле, возле закутанного тела, женщина ушла в дом, а парень, заглянув мне в глаза, сказал:

-- Меня зовут Андрей Петрович Иванов, – и, уловив мой удивленный взгляд, продолжил: – Точнее звали, в той жизни. А здесь меня зовут Оскар.