Закрой глаза (СИ)

Толкает ее, проходя в квартиру, но взгляд натыкается на зеркальную раздвижную дверь шкафа-купе в прихожей и ноги Макса на миг врастают в пол. Вид обнаженной Полины верхом на ком-то в отражении вряд ли можно понять «не так», тем более, когда звуковое сопровождение так красноречиво дополняет всю картину в целом. Максим несколько секунд в полнейшем ступоре не моргая наблюдает за движением тел, пока не замечает того, на ком сидит Полина. Его прошибает ощущение, будто кто-то с размаху дал под дых. Фокс, сука!

Полина никогда не называла его так.

Это не она отправила ему сообщение. Пытаясь проигнорировать желание войти в комнату и все-таки воплотить свою угрозу в жизнь, оторвав Фоксу все, что можно и затолкать это ему же, тут же ощущает болезненный спазм. Фокс хотел доказать ему, что Ли шлюха и ей все равно с кем трахаться? Он справился со своей целью. Макс делает несколько бессознательных шагов назад. Нет, он не станет унижать себя перед Фоксом и устраивать сцену, на которую тот, судя по всему, так рассчитывал. Если Ли трахается с ним, значит она этого хотела. Злость прожигает каждую клеточку, вибрируя и грозя взорваться.

Будто во сне, он выходит из квартиры, автоматически прикрывая за собой дверь. Не замечая, как оказывается на улице, заскакивает на мотоцикл и, не обращая внимания на усилившийся снег, выезжает на дорогу. Нужно выветрить это дерьмо из головы. Срочно. Макс увеличивает скорость, прижимаясь грудью к фальшбаку. Скорость и свобода. Риск, как смысл жизни, адреналин, как наркотик.

И нет ничего важнее этого, и нет ничего другого, что могло бы так же помочь ему сейчас.

Сто восемьдесят. Перед глазами до сих пор все то же отражение в зеркале. Двести. Не важно куда. В одну секунду Макс чувствует, как все происходящее в его жизни свалилось скопом в одну огромную кучу дерьма и она с каждым днем только увеличивается. Двести тридцать. Макс приходит в себя только на трассе уже за городом и за несколько секунд до того, как мозг считывает свет фар и очертания авто на встречке за мельтешением мокрого снега.

Он пытается свернуть в сторону, но колеса плохо слушаются на мокром асфальте. Еще один взгляд и последнее, что Макс чувствует, как его выбивает с мотоцикла, а руки отпускают руль. Секунда невесомости, после которой адски-разрывающая на части боль сменяется тьмой.

Пальцы ловко справляются с пряжкой на брюках, пока Женя вытягивает из-под пояса рубашку, отвечая на поцелуй Олежки.