Закрой глаза (СИ)

— Я смотрю, ты тут и без меня справляешься, — улыбается он другу, — или тебе просто расцветка нравится?

— Так, заходи давай. — Нетерпеливо. — Времени и так мало. Гошик будет в десять. А ты чего один? — Интересуется, когда Евгений снимает обувь и куртку в прихожей, расстегивая манжеты и закачивая рукава рубашки.

— Долгая история. Или наоборот… весьма короткая.

— Женёк… — Выражение лица тут же меняется, озаренное догадкой. — Вот я языкатая бестолочь. Так и знал. Это я виноват…

— Кость, — перебивает его Женя, — это ты его подкладывал под других? Не говори ерунды.

И даже если бы ты случайно не проговорился, что видел его тогда, рано или поздно это все равно всплыло бы на поверхность.

— Может, еще помиритесь? Мы вон с Гошиком сколько раз уже…

— Не думаю, — отрицательно качает головой Женя, — я так не умею. Тем более у вас совершенно другая ситуация. Ну, где тут фронт работ? — Меняет он тему.

Костя сочувственно несколько секунд смотрит на друга, выражая этим взглядом всю крайнюю степень своего сожаления.

Евгений благодарен, что тот не вдается в детальные расспросы и бесполезные слова успокоения. Они идут на небольшую кухню, где посреди обеденного стола вывалена гора продуктов.

— Ты весь супермаркет скупил? — Хмыкает Женя.

— Почти. Я просто не знал, что тебе будет нужно. Там еще рыба и мясо… в холодильнике.

— А не проще было бы просто пригласить его куда-нибудь… в тот же ресторан, например. А-ля романтический ужин на двоих и свидетелей бы там больше было, избежал бы мгновенной расправы.

— Не, — морщится Костик, — не люблю я эти рестораны. Ничего личного, — поспешно добавляет, и Женя непроизвольно улыбается, — сидишь, как лось, строить из себя чего-то нужно. А так ужин, приготовленный своими рук… — натыкается опять на взгляд Евгения, — ну ладно, твоими руками, это ж куда приятней и романтичней.

— Да, согласен. Ужин моими руками — самое романтичное, что только можно придумать. — Хмыкая, качает головой Евгений. — Понятно. Это была заранее спланированная кампания. — Перебирая и отсортировывая то, что им пригодится и что смело можно убирать.

— Я знал, что ты меня в беде не бросишь.

У Игоря есть одна слабость — лошади. И слабость эта нашла свое воплощение не только в занятиях по верховой езде, но и в коллекционировании статуэток в виде этого благородного животного. В общем, у каждого свои странности. Он над своей коллекцией фигурок трясется просто и Костик вряд ли преувеличивал про свой «обглоданный бездомными собаками труп в канаве».