Закрой глаза (СИ)

Макс улавливает, как Кристина тянется за его пачкой на столе и вытягивает сигарету.

— Так, Пашина, я не понял, ты ко мне покурить пришла?

— А чего еще от тебя добьешься? — Смеется она, пряча сигарету за спиной, чтобы Макс не успел выхватить. — Ладно, проверяй давай. — Она достает клочок бумаги и начинает перечислять пункты. — Стать членом мотоциклетной Федерации…

— Поздравляю, — серьезно произносит она, — стать членом — это серьезный шаг в жизни каждого мужчины.

— Я дождусь, пока ты купишь себе мотоцикл, приду ночью, покрашу его в розовый цвет и обклею стразами.

 — Мстительно улыбаясь и не глядя на Пашку.

— Угу… — сортируя бумаги на столе и продолжая мстительно улыбаться.

— Справка из медицинского диспансера, медицинская страховка, заявление, подтверждение уплаты взноса на членство, подтверждение уплаты лицензии…

— Все есть. — Вздыхает Макс. — Осталось в понедельник съездить в центральный офис и у меня будет лицензия гонщика, чтобы получить допуск к чемпионату.

— А послезавтра уже сбор, не забыл? — Пашка щелкает зажигалкой и подкуривает сигарету.

Макс не забыл, учитывая, что этого дня он ждал всю зиму, как манны небесной. Наконец-то возобновятся тренировки, теперь уже непосредственно перед чемпионатом, который назначен на шестнадцатое и семнадцатое июля. У него есть еще два месяца, чтобы отточить все навыки и подготовиться к этому событию. Макс ужасно нервничает и вместе с тем, с нетерпением ждет этого дня, чтобы принять участие в гонке среди аматоров.

Они с Пашкой еще около часа сидят на кухне и когда за окном начинают сгущаться сумерки, она собирается домой, готовиться к сессии.

По официальным данным, этот день она провела в библиотеке, а не у Максима. Он закрывает за ней входную дверь и хмыкает. Она все еще не до конца свыклась с тем, что у него сейчас не совсем складывается с девушками, правда, после последней неудачной попытки осенью, больше не предпринимала никаких новых попыток его соблазнить.

Макс возвращается на кухню и, открыв форточку, подкуривает сигарету.

У него по большому счету ни с кем не складывается сейчас. Он и не пытается. Правда, справедливости ради, стоит признать, что о «маятниковых подвесках» он думает все-таки чаще, чем о «развал-схождении». Максим делает вдох. Это была еще одна самая долгая и холодная зима в его жизни и единственное, что по каким-то не до конца понятным причинам «согревало» — ночные звонки и чтения «мамы Анастасии». Именно так она значится в списке контактов его телефона.