Закрой глаза (СИ)

 — Совершенно серьезно и слегка категорично. — Он у нас не таких свободных взглядов, как я. Может не понять.

Еще есть шанс «прикинуться дурачком», сказать, что у нее просто разыгралось богатое воображение и на самом деле все не так, как она себе там надумала, а… так, как придумал Женя. А еще слегка возмутиться подобным подозрениям для убедительности… Но он встречается взглядом с Максом, и за эту долю секунды решение становится очевидным.

— Хорошо, мам, не будем. — Соглашается со вздохом, даже не предпринимая попыток опровергнуть ее слова и подтверждая тем самым все догадки окончательно.

Ну, во всяком случае, они с отцом хотя бы не будут обсуждать это между собой. Еще какое-то время.

На том конце повисает несколько тягучих секунд молчания, но, наконец, она заговаривает вновь.

— И еще… просто, чтобы ты знал… я всегда вам рада. Обоим. — Добавляет, вновь выдыхая дым.

— Спасибо, мам. — Искренне произносит Женя. — Я знаю. — В трубке раздаются короткие гудки, и он отключает телефон, откладывая его обратно на тумбочку.

Похоже, «подходящий момент», которого он все не мог найти, наконец, нашел его сам. И, вероятно, именно тогда, когда следовало. Макс чуть покачивается, трясь об него бедрами, ладонь возобновляет свое движение в области паха.

— Спалились? — Негромко хмыкает, улыбаясь.

Женя отвлекается от собственных мыслей в ответ на эти прикосновения.

— Угу… — Хмыкает в ответ. — Не то слово. Но, судя по всему, повезло отделаться легким испугом. — Переворачивает их, придавливая Макса к кровати и ловя его язык губами.

Да. Когда следовало.

В воскресение дождя уже нет, и яркое майское солнце успевает высушить улицы. Женя, как и обещал, остается на двухчасовую тренировку Максима, непроизвольно следя за секундной стрелкой на наручных часах и отмечая время каждого круга. Последние два тот проходит за минуту тридцать шесть, отвоевав у поворотов еще одну секунду. Женя непроизвольно улыбается. Макс сможет, упорства ему не занимать.

Евгений ловит себя на мысли, что восхищается, наблюдая за ним в седле. Он настолько органично смотрится на мотоцикле, что уже просто невозможно представить его без этой страсти к скорости. В этом и есть весь Макс. Женя непроизвольно качает головой, вдруг осознав, что раньше действительно не до конца понимал — для Максима это не увлечение, для него это жизнь. Пусть не такая размеренная, к какой привык Женя, но именно этим Макс когда-то и привлек его.