Закрой глаза (СИ)

Если не простишь, я не знаю, что с собой сделаю. Возьму и вены порежу!

Женя лишь качает головой, поражаясь этой идиотской реплике.

— Артем, — слегка устало, — ты в обморок падаешь от одного вида капли крови, так что придумай какую-нибудь более правдоподобную угрозу. И ты никогда ничего себе не сделаешь, ты слишком себя любишь. — Замечает Женя с легким оттенком снисходительности.

— Ты сам виноват! — Вдруг взрывается Артем, злобно сужая глаза, забыв про моментально высохшие слезы и, очевидно, понимая, что его напускное смирение и покаяние не действуют.

 — Ты такой весь вечно… правильный! С этими своими бесконечными нотациями, будто все на свете знаешь и… желанием командовать… и…

Женя складывает руки на груди, выражение его лица напрочь лишено каких-либо эмоций.

— Еще ножкой топни для полного эффекта, принцесса. — Спокойно произносит он. — Хотя я так и не понял, с чего ты опять начинаешь истерить, если мы уже все решили еще вчера, и теперь никто не будет раздражать тебя своей «правильностью» и «бесконечными нотациями».

Артем, свободен. — Женя распахивает входную дверь, многозначительно кивая в сторону лестничной клетки. — Там за тобой наверняка уже очередь выстроилась. Не заставляй ждать своих поклонников.

— Ты… Бесчувственная скотина! И всегда ею был… — Успевает бросить его уже теперь бывший бой-френд за секунду до того, как Евгений толкает входную дверь, и она захлопывается за его спиной.

Тяжело вздыхает и возвращается в комнату. Несколько раз нажимает на кнопки стереосистемы и тишину квартиры наполняет его любимая Enigma.

Это всегда безотказно успокаивает Женю в любых ситуациях. Стоит у окна, наблюдая за огнями ночного города. Предложение отца действительно как нельзя вовремя. Ему отчаянно нужно отвлечься сейчас. Забыть Артема и то, что он действительно не понятно за что все еще пока любит эту истеричную и избалованную «малолетнюю блядь». Но, несмотря на это, он никогда не дает вторых шансов и никогда не возвращается к тому, кто уже хоть раз лишился его доверия. Да, гордость порой слишком обременительное качество, отделяющее прошлое непересекаемой жирной чертой.

— Здравствуйте… — Фраза на миг запинается и Евгений поворачивает голову к невысокому тучному мужчине с пластиковым стаканчиком кофе в руке. — Костромицкий, и не надоело вам еще пытаться лишить меня жизни? — С нескрываемой издевкой.

Женя лучше предпочтет свернуть ему голову прямо сейчас, чем признается в своем паническом нежелании садиться за руль, да еще и с ним.