Закрой дверь за совой

Но иногда от него веяло необъяснимым отчаянием, словно внутри под оболочкой шута жил другой человек – скрытный, неприкаянный, болезненно уязвимый. В такие минуты ей хотелось если не обнять его, то хотя бы погладить. Но в следующий миг Василий со своей непроницаемой улыбочкой отвешивал очередную гадость, и ее мимолетный порыв исчезал. «Достойный сын Курчатова!»

Выпадали месяцы, когда Борис оставлял сына вовсе без содержания. Василий выкручивался как мог. Стрелял деньги у бабушки, подворовывал у отца – тот был небрежен и часто рассовывал купюры по карманам.

– Это называется крысятничать, – холодно сказала она, глядя в широкую спину.

Растерянность на его лице, когда он обернулся, длилась не дольше секунды.

– Это называется выживать, – возразил Василий, глядя на нее с усмешкой.

– А если я отцу пожалуюсь?

– Давай. Он же меня и вынудил.

Динара пожала плечами. Она работала с шестнадцати лет, и конструкция «вынудил воровать» была ей непонятна.

– Устройся в «Макдональдс». Найди место, где тебе будут платить.

– А учиться когда? Я должен институт закончить. Если брошу сейчас, потеряю шанс.

– Ты не единственный парень с такими проблемами. Другие решают, и ты что-нибудь придумаешь.

Его улыбка стала шире.

– Тебе не кажется забавным, что содержанка моего отца советует мне устроиться на работу?

Он обошел ее, слегка толкнув плечом, и закрыл за собой дверь.

– Я его жена, – сказала Динара, оставшись одна.

Уверенности в голосе не было.

– …Денег дашь? – протянул Василий. Аромат «Фаренгейта» усилился, к нему примешался запах пота. Иногда он пах как мальчишка, иногда от него начинало разить тяжелым мужским духом, и тогда Динара старалась держаться от него подальше.

– Деньги тебе выдает отец.

Он все-таки немного подвинулся, когда она пошла на него, глядя прямо в сощуренные глаза. Динара случайно задела рукой его обнаженное плечо с густой порослью светлых рыжих волосков, и Василий отшатнулся.

– Несправедливо, – глухо сказал он ей вслед.

Это было так неожиданно, что Динара обернулась.

– Что?

– Несправедливо!

– Ты о чем?

– У отца столько бабла! Почему он со мной не делится? Я ему роднее, чем ты! – В голосе парня звучала неподдельная обида.

– Чего смотришь? Я его сын, родной сын!

– Кто бы спорил.

– Живешь с ним как кошка! – Василия неудержимо несло.