Онлайн-библиотека книг
– Ирма придвинула ногой ведро к кровати.
– Я не буду им пользоваться!
– Никуда я вас не поведу, – повторила она, – и не рассчитывайте. Если вы обмочитесь в постели, я вас переодену.
Гройса передернуло.
– Потерпите две недели, – насмешливо сказала Ирма. – Чем быстрее мы закончим наш проект, тем быстрее вы получите доступ ко всем благам цивилизации.
В Гройсе боролись стыдливость, ярость, желание придушить эту суку, заставляющую его проходить через унижение, и отчаянное желание облегчиться. Физиология победила.
– Выйдите, – процедил Гройс.
– Я отвернусь.
Ирма встала у окна, заложив руки за спину. Старик скрипнул зубами. Затем торопливо стащил штаны, и когда струя ударила в пластиковое дно, испытал острый приступ блаженства. О-о-о, как хорошо!
– Вот видите, все просто.
Она дождалась, пока он вернется в кровать, и подхватила ведро.
– Ужин будет через час. Рекомендую поспать. Нам с вами предстоят долгие разговоры.
«Сука. Безумная сука».
Однако правда состояла в том, что в настоящую секунду он не испытывал ничего, кроме облегчения.
Если бы Ирму Гуськову попросили рассказать о ее детстве, она оказалась бы в затруднительном положении. Детство у нее было благополучное, но настолько бесцветное, словно вместо Ирмы его проживал кто-то другой. А она приобрела это тело годам к двадцати. Заселилась, осмотрелась и начала хозяйничать. От прежнего владельца остались лишь бледные воспоминания.
Нелепую фамилию Гуськова Ирма терпеть не могла. Елена Одинцова – вот какое имя ей подходит.
В издательстве ее любили. Приветливая, всегда доброжелательная, она производила впечатление очаровательной незлобивой женщины. В отличие от большинства авторов, она всегда соблюдала оговоренные сроки. Редактор готов был молиться на Одинцову. Писатели – народ лживый и необязательный: пообещают сдать книгу в мае, и жди ее до сентября. Ирма себе такого не позволяла.
Она была не скандальна.
"Однажды ей нагрубили на кассе. Магазин располагался далеко от ее дома, она зашла туда случайно.
