Но разве такую копну удержишь. Непослушные пряди, особенно со спины, выбивались целыми волнами,
Которые тотчас захотелось накрутить на палец.
Противостоять искушению Гордей не стал. Зачем?
Он выбрал самую длинную прядь.
-Ай!Что ты делаешь?
Алена встрепенулась и попыталась вырваться
Но куда
-Трогаю тебя.
Он готов был поспорить, что она перенеслась на «утес», где между ними уже происходил отдаленно схожий разговор и где он честно ее предупредил о своих намерениях.
Она не поняла. Решила, что он шутит? Зря. Гордей вообще редко когда шутил.
-Зачем? — пискнула Алена, извернулась и потянула прядь к себе.
Не вышло
Только поморщилась и снова начала изворачиваться, наступив Гордею на ногу
Он и в этом случае не поддался на нечаянную провокацию. Попалась, птичка. Не выпустит. И понимал, что ребячество какое-то. Пацанским попахивает. Даже детсадовским. Поймал парнишка косу девичью, как трофей ценный. И держит. Держит.
Так и он.
-Гордей, да черт побери! Пусти!
Дальше удерживать не было оснований. Но почему-то продолжал накручивать на палец прядь, а сам жадно ловил ягодный запах.
.
-Я тебя сейчас ударю,
честно предупредила Алена, заводя руки за голову.
Плед соскользнул с ее плеч и застрял между их телами. Фланелевый лонгслив оказался тонким. Чересчур. Потому что на Алене не было лифчика, и теперь маленькие горошинки сосков отлично просматривались даже при скудном освещении.
Во рту Гордея образовалось слишком много слюны. Алена продолжала изворачиваться и в какой-то момент грудью провела по его грудной клетке
Их как током ударило.
Он сразу отпустил прядь, она отскочила, чудом не запутавшись в пледе, судорожно подхватывая его.
-Придурок, — чуть слышно резюмировала она, а губы мужчины непроизвольно расплылись в улыбке,
Интересно, его кто-то хотя бы раз, помимо Потапа, удостаивал чести величать придурком?
Гор наблюдал, как Алена поспешно натягивает плед на плечи, закрывая от него чарующий вид. И это правильно. Не стоит сейчас дразнить в нем голодного зверя, которого он так и держал на цепи из последних сил.
Фантазия щедро подкидывала сцены одну за другой, где он подхватывает Алену на руки, опрокидывает на диван и.. Или разворачивает к себе спиной, надавливает ладонью на поясницу, тянет за ягодицы на себя.
-Так что ты тут делаешь? - процедил он, мотнув головой,
Хорош.
Ведь реально сорвется, напугав ее до чертиков
Табас никогда не уважал насилие над женщинами. Гнобил тех, кто позволял себе подобное. Травлю в универе тоже пресекал на пару с Потапом.
