Ей важно было быть с мамой, как можно дольше
Её Галина Дмитриевна шла на поправку. Больше улыбалась, говорила без долгих пауз и судорожных глотаний. Алену предупредили, чтобы она не беспокоила мать расспросами. Как будто она без предупреждений не знала! Здоровье мамы главное. С остальным разберутся по ходу действий.
Ей не нравилось другое,
Максимально частое присутствие Харитона Валерьевича в клинике,
И реакция мамы на его появление.
То, что они были знакомы до аварии, Алена не сомневалась. Стоило Табасову-старшему появиться в палате, как всё менялось.
Мама, атмосфера, разговоры. Мама замыкалась. Даже несколько раз лицо отворачивала. Алена едва не подскакивала в порыве встать между ними, загородить маму от чрезмерно пристального взгляда Харитона
Валерьевича.
Это.. это ненормально! Это слишком!
Мама быстро брала себя в руки, и даже просила Алену выйти. Девушка была против. Как-то попыталась возразить ничего толкового из этого не вышло.
Она крамольным делом даже решила, что между ними роман.
Между Табасовым-старшим и её Галиной
Дмитриевной. И как-то не по себе стало. Страшно
Где её нежная мамочка, которая голос поднимала в экстренных случаях и суровый мужчина-скала Харитон
Валерьевич, не терпящий возражений, наделенный такой властью, масштабы которой сложно представить обычному смертному?
Алену замутило. Нет-нет. Только не это! Пусть. хм. внимание Табасова-старшего пройдет мимо её мамы! Мимот понимаете!? Не надо им такого счастья!
С другой стороны Алена понимала — если бы не клиника, где сейчас находилась мама, выжила ли она?
Мамочка всегда учила Алену задавать даже самые сложные вопросы.
По крайней мере, себе
Она и задавала,
Естественно, ответов не было. А в случае с Табасовыми почти всегда.
Гордей максимально часто привозил и забирал её. Утром - так всегда. Алена почти привыкла. Да, почти..
И завтракали они вместе, что её раздражало. За завтраками Алена не могла расслабиться в его присутствии. ЕЙ всё время казалось, что он вот-вот отберет у неё её вафли.
А они её Наина Георгиевна для неё пекла!
Вначале он и не претендовал на вафли. Просто смотрел. А сегодня сцапал один. Как сцапал. Пододвинул тарелку к себе. У Алены от возмущения аж рот приоткрылся. Не отдаст Её! Он ими никогда не завтракает!
-Верни,-тихо попросила она, чтобы Наина Георгиевна не услышала
Гордей довольно улыбнулся и отправил в рот последнюю вафлю, выжигая на Алене невидимые следы.
