– Чем вы его накачали?
– Я же сказал, это обычное снотворное. У нас все по процедуре, не волнуйтесь. Товар отличный. Органы в боксе вынесем. Вы можете в коридоре подождать.
Провожу рукой по лицу, не в силах больше слушать этот бред. Мне нельзя выдавать себя, иначе живым отсюда ни я ни малой, точно не выйдем.
– Мне мало этого товара. Давайте еще одного возьмем. Подготовьте.
– Подождите, мы так не договаривались.
Упырь начинает нервничать, и я понимаю, что живым от сюда выйдет только один из нас.
– А детей на органы резать тоже не договаривались?
– Что? Вы с полиции?!
– Нет, мать твою, я гораздо хуже.
Быстро вынимаю пистолет и выстреливаю этой сволочи прямо в башку. У меня считанные минуты прежде чем охранники заметят мое появление. Я использовал глушитель, но это не дает никаких гарантий что тут нет камер.
– Иди сюда маленький.
Снимаю свою куртку и быстро укутываю ребенка в нее. Господи, он полностью голый и уже просто ледяной. Беру его на руки и выношу из палаты. К себе прижимаю, проходя по коридору мимо всех этих операционных.
Даже у меня, прошедшего войну, холод проходиться по спине от увиденного. Тут десятки детей, десятки мать их!
Выбегаю на улицу и укладываю малыша на заднее сиденье. Пристегиваю ремнем чтобы не свалился. Гоню из этого ада так сильно, как только могу, по пути сдавая адрес начальнику безопасности. Их всех накроют уже через двадцать минут, и мне от этого охренеть как приятно.
Все время поглядываю в зеркало заднего вида на ребенка. Так и не просыпается, вообще никакого движения нет.
Черт. Не нравиться мне это, вот совсем. Набираю Свету.
– Приезжай ко мне. Срочно!
– Буду через пятнадцать минут. Кого лечим?
– Ребенок. Снотворным накачали. Вроде больше не трогали, но надо проверить всего. Возможно перемерз или еще чего. Выручай, Свет.
– Выезжаю.
Света отключается, а я еще раз смотрю на мальчика. Невероятно просто на Алю похож. Светлые волосы сбились в кучу, ресницы закрученные подрагивают на глазах. Черт, я ведь и правда его не уберег, еще каких-то 10 минут, и уже бы не за кем было приезжать.
Даже думать не могу об этом. Сука!
Сжимаю руль до хруста. Не жить тому, кто стоит за всем этим.
Мы уже почти подъезжаем к моему дому, как я вижу машину Тихого среди леса. Ничего не понимаю, он уже должен был давно вернуться. Что тут происходит.
Выхожу и смотрю на машину. Она пустая, передние двери лишь открыты. В этот момент, я понимаю, что Аля не доехала до дома, а значит, наш ад только начинается.
