Руслан выглядит серьезным и хмурым, хотя впрочем, он всегда такой. Суровый, жестокий и холодный как лед. В его глазах сверкает что-то хищное, и это заставляет бояться.
Молчу. Я знаю, зачем он здесь. Пришел за тем, что в прошлый раз не получил. Он хочет меня. Свою бесправную игрушку.
– Вставай.
– Нет, пожалуйста…
Даже не представляю, как выдержу это снова, да еще в таком состоянии. Слезы наворачиваются на глаза. Он не пощадит меня.
– Села я сказал.
Медленно поднимаюсь, опускаю ноги с кровати. Уж лучше я сама, чем он будет касаться меня.
Не позволю.
Мужчина берет стул и садится напротив. Даже так он кажется огромным против меня. Руслан медленно вынимает нож из кармана джинс, отчего я просто застываю на месте.
Это же то самое лезвие, которым он порезал мне лицо. Неужели он хочет закончить начатое? Вот так просто, я умру, сидя на кровати своего палача, и даже противиться не смогу. Он прихлопнет меня как мошку, летящую к свету. Сердце больно сжимается. Я жить хочу, даже после всего, хочу.
В груди пробирается холод. Он сделает это, убьет меня прямо сейчас? Хотя оно и понятно, с больной заложницы ему еще меньше толку, чем от здоровой. Одни расходы, наверное. Он выглядит раздраженным, и я уже не сомневаюсь, что все мои самые страшные предположения правдивы.
Решаясь сама посмотреть ему в глаза. Впервые. Не могу я больше выдержать это. Тихо, почти шепотом:
– Не делайте мне больно, прошу.
– Мне не нужны твои просьбы. Они не действуют на меня.
Как завороженная, наблюдаю за Русланом.
Он берет мои руки и кладет их себе на колени. Сверкает нож. Я зажмуриваюсь, даже дышать перестаю, но не чувствую боли. Слышу звук разрывающихся бинтов.
Медленно открываю глаза. Мужчина снял мои повязки и ими вытер остатки мази. Дальше он берет с тумбочки баночку с мазью, и наносит ее мне на руки. От каждого его прикосновения мне больно, словно током бьет, и я не думаю, что это только от ран. Он просто так действует на меня, как заряд электрошокера, парализуя все живое во мне.
Я шиплю и пытаюсь вырваться, но его захват настолько жесткий, что малейшее сопротивление лишь делает хуже, и причиняет новую боль.
Закусываю губу, когда взгляд падает на руки Руслана. Бронзовая загорелая кожа, крупные ладони, полные вены отчетливо проступают. Такими руками он может задавить меня двумя пальцами, даже не напрягаясь.
Удивляюсь тому, как же мастерски мужчина орудует бинтом, словно лет десять проработал хирургом.
