Вдруг все это подстава, и не виновата девочка ни в чем? Она настолько сильно путается в своих показаниях, что даже самая поганая актриса, и та бы уже смогла выучить одну логичную историю.
Факты же от Али всегда разные и мне все больше кажется, что на ходу она все это сочиняет. По ее поведению я начинаю замечать, что она чего-то боится, и очень сильно. Вот только ни под каким предлогом правду мне не выдает, хоть танком, блядь ее переедь.
Желание закончить эту разборку не дает уснуть. Беру Тихона и Умара. Вместе едем снова на квартиру к игрушке.
Не знаю, зачем делаю это, но мне нужно еще раз проверить, что я точно не ошибся.
Снова и снова прокручиваю факты. Все сходиться идеально, вот только слишком красиво. Не бывает так, не может быть так просто.
Доезжаем до халупы быстро. В прошлый раз я даже не запомнил тут ничего кроме самой девчонки и дикого страха в ее глазах. Это оказывается самая обычная старая дешевая комната с мизерной кухней. Явно съемная.
Не знаю, чего ищу тут, хоть что-то, что может дать новую подсказку.
Мы переворачиваем все вверх дном, но ничего не находим. Обычные женские вещи, несколько книг, малюсенький флакончик духов и гигиеническая помада. Ничего криминального, все как у всех.
Кажется, мне становится легче, и даже сам не понимаю, чему радуюсь.
Перед самым выходом Тихон окликает меня.
– Влас, есть кое-что.
– Что там?
– Сам глянь.
Плетусь в спальню девчонки. Под кроватью в коробке находим бабло. Много, много бабла, а еще – часы Арсена.
Точно помню, что он носил их перед тем как пропасть, сам ему покупал когда-то. Забираю все это себе, чисто механически как доказательство ее виновности, чтобы самому не забыть, глядя в эти синие глаза, изображающие невинность.
Блядь. Значит, все же не ошибся. В груди разливается жар. Гоним в клуб, но перед этим заезжаем на сходку. Все проходит гладко ровно до того момента, пока я не узнаю через третьи руки новости о брате. Его нашли, и я гоню к нему со всей скорости, крепко сжимая руль в руках и представляя, как буду ему сносить голову за то, что так долго не давал знать себе.
Мы подъезжаем по названному адресу. Это оказывается какой-то заброшенный старый склад. В груди что-то жжет, но я не обращаю на это внимания. Поднимаюсь на второй этаж. Прохожу один пролет, второй, третий, миную длинный коридор. Ну где ты, блядь, Арсен?
Вижу своих людей. Они столпились у одной из комнат прямо на проходе. Как только меня замечают, опускают головы.
