В углу, возле маленькой двери, через которую драконы выходили уже в двуногой форме, находилось гнёздышко из соломы, накрытое красивым покрывалом.
Осмотревшись, я взглянула на мужа, который уселся в другом углу и наблюдал за мной.
— И что дальше?
— Ждём. Располагайся, как тебе удобно. Можешь на гнездо, а можешь… — и он раскрыл мне объятия.
Их-то я и выбрала. Гнездо, конечно, выглядело мягким и удобным, но, представив, как сижу на нём, я вновь почувствовала себя курицей. Поэтому свернулась калачиком в объятиях мужа.
Немного посидели молча. Потом я не выдержала:
— А сколько нужно ждать?
— На ужин успеем, — усмехнулся Эльрион и потёрся своим носом о мой. — А пока просто расслабься и думай о чём-нибудь хорошем."
"— Попробую, — положив голову мужу на грудь, постаралась расслабиться. Но в голову лезли всякие мысли — как это всё произойдёт? Это больно? А схватки долго продлятся? А там, во дворе, все так и стоят или разошлись — окна были слишком высоко, и сидя я выглянуть не могла.
А вставать не хотелось. В итоге я просто начала считать удары сердца чёрного дракона, бившегося прямо под моим ухом.
На двести восемнадцатом ударе встрепенулась.
— Ой, Эльрион, мне так неудобно, но…
— Но? — подбодрил меня муж, поскольку я запнулась, не решаясь признаться в стыдном. Но пришлось, потому что нужда нарастала.
— Мне нужно… в уборную. У вас здесь есть, куда можно сходить в виде дракона?
Эльрион широко улыбнулся и указал на гнездо.
— Сюда.
— Что?
— Дарёна, садись на гнездо, — мне показалось, что он с трудом сдерживается, чтобы не засмеяться. — Пора.
— Но… мне правда в уборную надо!
Чёрный дракон встал, так и держа меня в охапке, потом водрузил на гнездо.
— Тебе не нужно в уборную, жена моя. Ты готова отложить яйцо.
— Сейчас? Вот прямо сейчас? — меня охватила паника. — Выйди! Выйди! Мужчинам нельзя смотреть на роды!
— Дарёна, какие роды? Ты всего лишь отложишь яйцо. И я не знаю, как у людей, а у нас, драконов, муж всегда при этом присутствует.
— Тогда отвернись! Отвернись!
Дракон всё же расхохотался.
— Да ты посмотри на себя! Я же всё равно ничего не увижу.
Огляделась — да, я сидела в ямке гнезда, как в тазу, поджав колени к животу и обернув вокруг себя хвост. Увидеть, что там, подо мной, происходит, было и правда невозможно. Но это не мешало мне стесняться и верещать в панике.
— Всё равно! Отвернись! Или… или зажмурься хотя бы.
