Замки роз: нерассказанные истории (СИ)

А я очень хотела быть счастливой.

Потому что единственное, что хоть как-то заставляло меня держаться весь день и не хлопнуться в обморок, тем более что по моей просьбе меня-таки затянули в тугой корсет – это рука любимого человека. Он был моим якорем. Моей надёжной опорой. Обещанием, что я смогу всё-всё преодолеть. Ведь я больше никогда не буду одна.

Я – в белоснежном кружеве.

Он – в таком же белом офицерском мундире, которому не изменил даже в день нашей свадьбы.

И его поразительно серьёзные глаза менталиста.

Которые обещали мне верную любовь и преданность до конца наших дней, защиту от всех тревог и свою силу в качестве опоры, чтобы ни случилось. И эта клятва была намного более крепкой и нерушимой, чем те слова, которые повторяли сейчас наши губы.

Что – слова. Слова значат слишком мало в этом мире.

Моя нервозность возрастает до критической отметки по мере приближения ночи.

Шумный пир уже завершён.

Как ответственный король и хозяин, мой муж лично провожает каждого из гостей, стоя у подножия трона, и выслушивает длинные и цветастые пожелания счастья, здоровья и благополучия.

Слишком часто звучат пожелания скорейшего прибавления в семействе и здоровых наследников. Я каждый раз дёргаюсь и сглатываю комок в горле. Стою позади мужа, почти спрятавшись за его спину, и прячу лицо. Меня сегодня весь день разглядывают с головы до ног. Наверное, скоро прыщи пойдут по всему телу от настырных изучающих взглядов.

Всем было интересно, кто же та чаровница, что заставила всегда такого серьёзного короля потерять голову от любви до такой степени, что он позабыл о своих обещаниях и разорвал одну помолвку, чтобы тут же объявить вторую.

Уверена, что во многих взглядах вижу недоумение.

Но все гости слишком хорошо воспитаны, и в лицо говорят только комплименты. Я не верю ни одному из них.

Мне на голову уже водрузили корону – это фамильная драгоценность, которую носила ещё его покойная мать. Узкий обруч с короткими зубцами белого золота, украшенный бриллиантами и рубинами.

Специально под меня подгоняли лучшие столичные кузнецы и ювелиры. Неожиданно тяжёлый, и очень давит на виски. Теперь понимаю Хьюго, почему он никогда не носит свою. Правда, сегодня надел.

И наконец, поток гостей, который казался неиссякаемым, вдруг как-то неожиданно заканчивается.

Сонные слуги, падающие с ног, уже суетятся вяло, расставляют стулья, убирают остатки трапезы.

Мой муж бросает на меня такой взгляд, что подкашиваются ноги.

- Наконец-то всё.