Замки роз: нерассказанные истории (СИ)

Мне не хочется спровоцировать вражду меж нами и Алым миром, оскорбив его посланника.

В свёртке оказываются засушенные стебли какого-то неизвестного мне растения, похожего на пушистые заячьи уши.

Эмма смотрит на меня сияющими счастливыми глазами.

Морвин Эрвингейр бережно держит её за руку и тихо поясняет:

- Это растение невероятно ценно. Женщины нашего мира делают из него целебный отвар. Он излечивает любые женские болезни. В том числе бесплодие. Выпейте сами – и на всякий случай дайте половину супругу. Если опасаетесь, мы с Эммой попробуем первыми.

Поворачиваю голову и встречаю недоверчивый светло-голубой взгляд мужа. В котором, как и в моём, начинает расцветать робкая пока ещё надежда. Которую и он и я уже давно приказали себе задушить.

В Замке пурпурной ночи – тихая ночь.

Для Академии найдено другое место, это теперь снова наш дом.

Впервые за всю свою жизнь я по-настоящему ощущаю себя дома, на своём месте.

Жаль, Матильда отказалась ехать со мной. Но они с мужем выстроили свой особнячок в пригороде столицы. Им теперь понадобится больше места. Не думаю, что остановятся на одном малыше. Ведь половину своего целебного отвара я отдала подруге.

За моей спиной бесшумно отворилась дверь. Когда мой муж входит в спальню, плети каменных роз крепко-накрепко перевивают дверь, чтоб нам никто больше не помешал.

Хьюго подходит ко мне и кладёт ладони мне на плечи.

- Не могу. Просто не в состоянии.

И мы просто стоим с ним и смотрим в тишине.

На то, как в прозрачно-лиловой колыбели, вырастающей прямо из пола, спит наш сын.

Тушканчик прикорнул на краю и балансирует там, смешно дёргает ушами. Покачивается из стороны в сторону, баюкает младшего хозяина.

Мой взгляд обводит пухлую щёку. Крохотный кулачок, прижатый ко рту. Светлые пушистые кудряшки, разметавшиеся по подушке.

Хьюго сжимает руку на моём плече. И нам не надо читать мысли друг друга в этот момент, чтобы знать, о ком они.

Следом за ним появились Жанель, Вильгельм и Шарлин.

Я подарила своему королю четверых наследников.

Он по-прежнему много занимался делами королевства.

Но каждую ночь запирались двери королевской спальни. И мы снова были всего лишь мужчиной, и всего лишь женщиной. Линии жизни которых однажды сошлись на сжатых в объятии ладонях.

И это счастье мы несли бережно и тихо, боясь расплескать, долгие и долгие годы.