Замки роз: нерассказанные истории (СИ)

И не зря Небесная Дева учит нас смирять их и всячески подчинять плоть. Но эта!.. Она совершила своё преступление холодным разумом, прекрасно отдавая себе отчёт в каждом действии. В том, что предает сестёр и покрывает преступницу. И все вы знаете, что не первый раз эта негодная была поймана за нарушением Устава. Так что за наказание станет достойной карой для подобного исчадия зла?!

Я смотрела в пол и молча ждала вердикт.

Тоже изгонят? Пусть. Я даже буду рада. Хотя стоит представить злорадное лицо сестры, если я вернуть обратно, опозоренная.

«Неудачница! Ты даже в том скучном сборище неудачниц оказалась самой никчемной!» - так и слышался в голове ее язвительный голос.

Вот кого следовало отправлять в преемницы Всеблагой… подумалось невольно. Хотя я и устыдилась тут же этих мыслей.

А тем временем Одетт, подержав театральную паузу, завершила свой эффектный монолог. Я хотела уже скорее дослушать, мозг словно отупел от безысходности и отказывался понимать, что я в этом спектакле – отнюдь не зритель с галёрки.

- Я обдумала всячески её прегрешения… ведь все знают, что Небесная Дева – защитница справедливости, а значит, в высшей степени справедливым должен быть мой вердикт в этом небывалом для нас деле! И вот что озарило мой разум, вот какие слова вложила Небесная в мои уста.

От патетичности ее тона мне становилось так душно, что хотелось уже в обморок упасть, лишь бы этот ужас поскорее завершился. Но глупому телу, как на зло, в обмороки не падалось.

- Эта лживая тварь промолчала, когда должна была сказать нам всю правду о творящемся при ней непотребстве! Так пусть же отныне всегда молчит! Я обрекаю ее на обет молчания.

С сего дня пусть никто под страхом суровой кары не смеет разговаривать с этой дрянью! Она проживет остаток своих дней в нашей Обители, упорным трудом вымаливая прощения у Небесной Девы. И может, наша милосердная покровительница на том свете дарует ей свое прощение. А судьба этих двух девиц пусть послужит хорошим уроком всем вам! Даже в мыслях вы не должны грешить! Потому что ни один грех не останется без наказания.

В этот раз на меня даже не стали тратить Яму.

В конце концов, пока сидишь в Яме, не можешь работать.

Просто отвели обратно в келью, небрежно зашвырнули туда, как испачканную вещь, к которой боятся прикоснуться, и заперли дверь снаружи.

Работу и еду мне приносили прямо туда. Изредка – воду, чтобы вымыться в тазу.

День за днем я плела кружева, стирая пальцы в кровь, в абсолютной тишине, прерываясь лишь на короткий сон.