Замок из песка

"

"А с каким восторгом в раздевалке было принято известие о моем освобождении! Я сияла, как красно солнышко, и, кривляясь, изображала Константина Львовича, заверяющего меня в том, что никаких долгов между нами нет и быть не может. Девчонки смеялись. Одна только пессимистка Десятникова качала своей маленькой черноволосой головкой:

— Ну, будем надеяться, что на этом все кончилось…

— А что за мужик-то этот Антон? — интересовалась Кристинка. — Кто он вообще такой?

Я беспечно пожимала плечами. А девчонки возмущались, поражаясь моему равнодушию и легкомыслию.

— Ну, ничего, — подытожила та самая Люська, юбку которой я вчера экспроприировала, да так и не привезла, — под подол сразу не полез — это уже хорошо. На морду вроде бы ничего — это второй плюс. Да и потом, часики у него на руке тоже не за три рубля…

Все с ней согласились, особенно активно обсудив «морду» и «часики». Потом я взяла у нескольких девчонок телефоны, пообещала позвонить, как только определюсь, и на днях вернуть юбку. Вежливо, но сдержанно попрощалась с Раисой Николаевной, сидящей в зале, и вышла из ненавистного особняка.

Антон курил, стоя у машины. Яркое солнце золотило его волосы и высвечивало белый шрам на загорелом лбу.

— Ну что, поехали? — спросил он, открывая передо мной дверцу и садясь за руль.

— Поехали, — я пожала плечами. — Если только тебя эта утренняя автопрогулка никак не напрягает.

— Не напрягает… Кстати, джинсы идут тебе гораздо больше, чем та, вчерашняя юбка.

— А я специально ее надела. Потенциальных кавалеров распугивала.

— И тебе это удалось. Но добил меня, конечно, леденящий душу вопль: «Нет! Не надо! Не трогайте!»

Мы оба рассмеялись. Вчерашние кошмары начинали казаться просто дурным сном. Только вот секундный взгляд Константина Львовича, да еще Юлькино «будем надеяться, что на этом все кончилось» никак не хотели уходить из памяти.

— Антон, — я впервые обратилась к нему по имени и от этого почувствовала себя немного неловко, — но, надеюсь, ты не думаешь, что вся эта история — в самом деле плод моего больного воображения? Он ведь вел себя совсем не так мирно.

— Да ничего я не думаю. — Он вдруг стал серьезным. — Константин Львович ваш, конечно, порядочная сволочь. Но у меня, к сожалению, с ним общие дела, поэтому набить морду я ему не могу.

— И не надо — морду!..

— Испугалась? — Антон усмехнулся. — Не бойся. Человек он, конечно, дерьмовый, но не дурак. И трогать больше тебя не будет.