Замок княгини

На стене, действительно, вовсю гулял холодный ветер, тут же швырнувший Кантане в лицо охапку мелкой ледяной крупки.

— Пожалуй, лучше всё-же закрыться, — заметила соддийка, переглянувшись с Ардаем.

И тут же ветер вокруг них стих, и крупка тоже пропала. Но только вокруг них, Кантана видела, как вокруг ветер утюжит стену ледяной позёмкой.

— Не поскользнись, княгиня, — сказала соддийка, — я буду тебя поддерживать.

Камни стены, действительно, были скользкими.

— Спасибо, Мантина, — поблагодарила Кантана, опять ощутив себя самой слабой и никчёмной.

Решительно все вокруг её превосходили! Зачем князю соддийцев такая жена? Только затем, что ему нужен Шайтакан, её Шайтакан, хотя она хозяйка тут только по названию. И потому, что маги отчего-то в этом не сомневаются.

Но она постарается. Да-да, ей очень хотелось оправдать его ожидания. Может быть, в этом найдется что-то такое, отчего она перестанет быть ничтожной?..

Ниже, под ними, была ещё стена — зачем-то этот замок окружало двойное кольцо укреплений.

И, определенно, кастанский Сарен был меньше и походил на младшего брата Шайтакана. И всё казалось таким старым. Сколько столетий назад кто-то последний раз пытался штурмовать эти стены? Или тут счёт идет на тысячелетия?

И эти квадратные башни, вырастающие из стен, и — Кантана обернулась, посмотрела вниз…

Сходство с Сареном казалось очень большим. Оба этих замка строили одни руки. Точнее, руки одного народа. Правильно, это Каст. А замок Таней по сравнению с Шайтаканом — просто игрушечный.

А далеко внизу бушевало, лохматилось волнами море. И облака неслись в вышине, подгоняемые ветром, теперь благодаря соддийскому колдовству неощутимым здесь — тоже лохматые. И во всём этом была такая странная, дикая, завораживающая красота! Но вряд ли они наслаждались бы ею, стоя на холодном ветру.

Кантана обернулась к Вейру — он не оделся, подобно соддийцам, но, кажется, не ощущал холода. И он напряженно смотрел куда-то вниз. Кантана проследила за его взглядом, и вздрогнула: там, на внешней стене, совсем недалеко от них, сидел дракон.

Светло-серый, довольно крупный, но очень изящный. Кантана невольно вздрогнула, схватила Мантину за руку.

Соддийка посмотрела, пристально, прищурившись, кивнула, покачала головой.

— Не узнаю, — сказала она.

И крикнула, на всякий случай:

«Здесь нельзя превращаться! Приказ князя!»

С первых дней в Шайтакане было строго определено, где именно можно менять обличье, чтобы не увидели посторонние.