Замок княгини

— Думал, ты спишь, а подарку нужно было бы немного внимания. Так что случилось? — князь рассматривал её исподлобья.

— Мне просто не спится. Много мыслей приходят в голову. Прости, муж мой, я не ждала тебя сегодня. Я сейчас переоденусь, — она спрыгнула с кровати и схватила лежащую в изголовье ночную сорочку.

Скрыться в гардеробной она не успела, князь поймал за руку.

— Я даже тебе помогу. И вообще, раз ты не спишь, то внимание потребуется мне. Я-то собирался растянуться с тобой рядом и проспать до утра. Но раз выходит иначе, это хорошо.

Он совсем не казался уставшим, и волосы у него были мокрыми.

— Мне приятно, что ты пришёл сегодня, несмотря ни на что, — сказала она, — но снаружи такая непогода. Не опасно летать на драконе в бурю?

— Ничуть, — он потянул её к себе, усадил рядом, — кстати, вот, взгляни, — и высыпал на её колени, обтянутые юбкой, полную горсть камней.

Синих, зелёных и немного красных. Не гранёных, тусклых. Чуть лучше, чем невзрачных.

Сапфиры, изумруды и рубины. Да-да, украшений из сапфиров не было в доме деда, но дикие, не обработанные камни ей приходилось видеть.

Кантана вполне способна была понять, что у неё на коленях лежит горсть сокровищ.

— Нравится? — князь небрежно разворошил камни пальцами. — Все хороши, поверь. Можно огранить, но я бы сделал кабошоны, взял бы их в серебро. Ожерелье, яркие камни в очень тонкой серебряной оправе. Можно и золото, если хочешь, конечно. Я уже вижу это ожерелье. Зима — самое время повозиться с камнями, сделать что-то этакое.

Сиди, не бойся, — сам он встал, одной рукой придерживая Кантану за плечо, другой сделал короткое движение, и её верхняя рубашка оказалась снятой и скомканной в его руке, и была небрежно отброшена.

Теперь шея Кантаны была открыта, и верхняя часть груди тоже.

— Не бойся, — повторил князь, и легонько погладил пальцем её губы, — я хочу примерить на тебя, как оно будет, — взяв в горсть часть камней, он принялся прикладывать их вокруг шеи Кантаны.

Что удивительно, камни не соскальзывали, держались, как приклеенные.

Кантана почувствовала себя куклой, которую наряжают.

— Вот так, — князь удовлетворённо кивнул, — рубины делают узор ярче. Вернусь с Севера и сразу займусь этим ожерельем. Хочешь подойти к зеркалу? Хотя, пока не на что смотреть.

— Я доверяю твоему вкусу, муж мой. Пусть это будет мне сюрпризом.

— И правильно, — кивнул он.

— Это твой подарок? Благодарю. Он роскошен.

— А… нет. Я имел в виду не это. Подарок ты получишь утром.