Замок княгини

Ардай чуть не ввернул, что у них было не любовное свидание, а, скорее, официальное, так что дядя запросто мог присоединиться.

Промолчал, и хорошо.

— Я был там с Шалой, — пояснил он, стараясь говорить спокойно, — иначе как бы попал в запертую башню? И в подтирании памяти нет необходимости, дядя. Я ничего особенного ей не сказал. А что я жив — так меня и в Варге, и в Шайтакане видели, это и так известно. Я пленник тут — это всё, что она узнала. От жениха ещё привет передал.

— От жениха! — князь неловко толкнул стакан с травником, который полетел бы со стола, но Кама, сидевшая тут же на углу стола, своей силой подхватила его и вернула на место.

— Благодарю, Кама, — буркнул князь.

— Видишь ли, мы как раз говорили об этой девушке, — сказал Дед спокойно и даже доброжелательно. — Её скоро предстоит отправить домой. К тому же Джелвер вот полагает, что она всё-таки не магичка, по крайней мере, не пользуется магией сознательно. Никаких таинственных способностей, непонятных и опасных, у неё нет. Да хоть бы и были — пусть живет подальше от нас, и всё.

— Почему-то, однако, её семейство к нам слегка неравнодушно! Не желает просто жить подальше, — с иронией бросил Дьян.

— Это верно, — не стал отрицать дед, — но их неравнодушие нас особенно не беспокоило. В отличие от неравнодушия покойного, недоброй памяти, достопочтимого имперского мага Каюба. Ты сказал малышке, что её отец погиб?

— Нет. Говорю же, я ничего особого ей не говорил.

— Хорошо. Пусть узнает, вернувшись домой. Мы не подряжались сообщать дурные вести.

— Шала тоже сказала об этом… То есть, о том, что Кантана не магичка.

При имени девушка князь вздрогнул и поднял на него взгляд.

— Да? Я же говорил, надо было сразу спросить у ниберийки, — вскинулся Джелвер.

— Ты сам проверял и заявил мне, что магическое воздействие было, — бросил князь.

— А оно было, — и бровью не повел дракон-маг. — Но вовсе необязательно это была её магия. Пойми же, князь мой, не всегда можно сразу и точно определить такие вещи. Магия — часть нашего мира, и она способна проснуться сама, как отклик.

— На происходящее, — Джелвер был сама невозмутимость. — Ты, парень, ощутил рядом с девушкой какое-нибудь воздействие? — это относилось к Ардаю, конечно.

— Ты всё-таки поел бы, Дьян, — посоветовала Кама, — и сразу почувствуешь себя лучше.

— Спасибо, Кама. Хоть ты обо мне беспокоишься, — усмехнулся князь, и Дед в ответ тоже насмешливо прищурился.

Ардай прикрыл рот ладонью, чтобы ненароком не улыбнуться.