Замок княгини

Белёсые от пены волны накатывали на прибрежные скалы, с грохотом разбивались о них, ветер ревел, но, как ни странно, не мешал. Кантана села на скалу рядом с маяком, сложила крылья. Будь это всё реальностью, первый же порыв ветра сбросил бы её со скалы, такой он был силы. Но нет, здесь, во сне, ветер не мешал, Кантана ощущала себя сильнее ветра, словно была частью скалы. Такого ведь просто не может быть?..

Пора бы уже проснуться, но ладно, ещё немного. На самом деле она уже немного устала. И вдруг ощутила себя такой одинокой посреди этой неприютной стихии.

А вдруг она никогда не проснётся?!

А вдруг это даже не сон?!

Кажется, хорошая часть сна заканчивалась, начиналась кошмарная, со страхом и тоской. Вспомнился отец, который звал её иногда «своей прекрасной ленной». И муж. И пусть бы он взял её за руку, и посмотрел тепло и ласково… не как на маленькую глупую девочку. И пусть бы он…

Но его нет. И не будет. И ей придется носиться среди ледяного ветра до конца своих дней! Одной.

Отчаянно захотелось любви.

Любви искренней, горячей и бесконечно долгой! Любви равной. И душа заныла, как стиснутая тисками. Тоска от одиночества, от неё захотелось кричать…

Что, если она не проснется, и всё уже закончилось, не успев толком начаться?

Она крикнула, и это было похоже на рёв и стон одновременно, и в небо унеслась струя пламени. Пламени, которое она выдохнула… как?..

И рядом, близко раздался ответный рёв, который был гораздо громче. И пламя на мгновение осветило облака над головой, и потерялось где-то за ними.

И лишь теперь Кантана заметила, что на дальней скале…

Что там был дракон, который медленно распахнул крылья.

Он был огромный и красивый. Вся его фигура излучала мощь, силу, и — своеобразную грацию. Он был продолжением… нет, воплощением той дикой, бушующей стихии, что окружала сейчас скалистые острова…

Стихия бушевала, а дракон был неподвижен. Как статуя на скале, с распахнутыми во всю ширь крыльями. И почему-то ветру не под силу было сдуть его, хотя крылья — такой парус, казалось бы…

Он был невообразимо красивый! Кантана считала драконов страшными, уродливыми тварями? Какая глупость.

Теперь она испытала и трепет, и восторг, и ощутила, как в глубине её существа зазвенела запела туго натянутая струна. И она вновь вспомнила, что это её сон, и теперь сон этот обещал нечто новое и волнующее. Если крылатое создание, которым она стала, желает любви, то любить она может лишь его, того дракона на скале.