Замок княгини

 — Ты не веришь в неё? Но ведь надо верить! Тебе не объясняли этого в детстве?

— Объясняли, как же иначе. Ты знаешь про Изумрудных драконов?

— Про тех, которые исчезли ещё в Исконном мире? Слышал, как и все. Но это ведь почти сказки — не разберёшь теперь, сколько там правды!

— Почему исчезли Изумрудные? Что ты про них знаешь?..

Сайрон тем временем вывел её на галерею, и она с интересом оглядывалась — всё стены покрывала мозаика, как в любом драконьем замке. Рисунки были немного не такими, как в Шайтакане — это был замок Аметистового клана.

Хотя, без Изумрудных наверняка не обошлось. Аметисты всегда обращались к Изумрудам для строительства в запределье, так что в их замке раньше всегда имелись и двери, доступные Изумрудам. Вот Сапфиры никогда не совались в запределье, разве что имели там тайники, как все драконы. Но постройки — нет, для них это было слишком…

— М-м, ну, это ведь были очень слабые драконы. С ними даже не позволялось смешивать кровь, чтобы дети не унаследовали их слабость.

— Это не так, — возразила она резко.

 — Они были по-своему сильнее всех. Да, слабее, если говорить о грубой силе. Это как сравнить кирку камнетёса с набором ювелирных инструментов. Разбить камень проще киркой. Но инструментами можно превратить тот же камень в нечто чудесное.

— Зато разбить его такими инструментами не получится, да?

— Можно и разбить, — возразила она, хмурясь. — Но несравнимо труднее, это верно.

— Мы с этого и начали. Это были слабые драконы, которые отчего-то не выжили. Не смогли. Они жили отдельно и полагались на себя.

Мы ведь не знаем, что именно их сгубило, да?

Кантана с досадой отвернулась.

— Может, они все погибли ещё во время первого Большого Огня? — продолжал рассуждать Сайрон, недоумевая, почему она сердится.

— Нет. Они не погибли тогда и даже пришли в этот мир. Неважно, — вздохнула она.

— Погоди, кажется, они ещё были безмолвными? — не унимался Сайрон, — ещё и поэтому жили отдельно от всех. Ах, постой… — он сообразил, что последнее сказал напрасно. — Прости.

Я не хотел тебя обидеть.

Она так ярко ощутила его огорчение, что улыбнулась.

— Ты лучше всех, — сказал он, — и нравишься мне не потому, что тётушка захотела тебя в невестки. Но я бы охотно исполнил её желание. Да-да, я помню, ты не свободна, а жаль, — он пытался шутить, но всерьез волновался, она это слышала.

— Хозяйка Сандира беспокоится о клане, поэтому и зовёт меня в невестки. Мои сыновья и дочери тоже смогут водить стаи, если, конечно, унаследуют мою силу.